Германия находится в подвешенном состоянии: выборы в
бундестаг, состоявшиеся в минувшее воскресенье, не дали однозначного ответа на
вопрос, кто же будет управлять страной. Де-факто выборы выиграла оппозиция во
главе с лидером партии Христианско-демократический союз (ХДС) Ангелой Меркель,
набрав на 1% больше голосов, нежели противостоящие им Социал-демократическая
партия Германии (СДПГ) и «зеленые». Однако абсолютного большинства ХДС и ее
союзник ХСС не набрали, поэтому сформировать свое правительство без привлечения
людей Шредера им не удастся. Германия по-прежнему расколота на два лагеря, и
аналитики теряются в догадках, кто же победил, а кто проиграл в этой странной
ситуации.
Кризис жанра
С послевоенных времен германская демократия для всех служила
примером стабильности, и острый политический кризис, поразивший страну этим
летом, на самом деле назревал исподволь. Когда 15 лет назад Восточная и Западная
Германии наконец воссоединились, мир был уверен, что спустя некоторое время в
самом сердце Европы будет создано сильное государство с мощной экономикой и
большими политическими амбициями. Однако этот постулат оказался неверен:
нынешняя Германия ослаблена, ее экономика не способна к росту, а количество
малоимущих и социально не защищенных людей растет. Более того, в стране очень
много пенсионеров, и число их возрастает на фоне катастрофически низкой
рождаемости.
Не в лучшей форме и противоборствующие политические партии:
социал-демократы Герхарда Шредера получили самый низкий рейтинг с 1957 года, а
христианские демократы во главе с Ангелой Меркель с 1951 года никогда еще не
были так слабы. При этом сама Меркель приложила немало усилий для победы своей
партии, но ХДС/ХСС подвела излишняя осторожность: в то время как Меркель
заявляла о необходимости усиления рыночной экономики путем жестких, но
необходимых реформ, ее соратники дистанцировались от провозглашенного курса. В
результате немцы не могли не ощутить, что стан правых раздирают внутренние
противоречия, и блок ХДС/ХСС в итоге набрал меньше голосов, чем мог бы.
Еще ни разу в послевоенное время в период выборов в бундестаг
вопрос так явно не стоял: «за» или «против» дальнейших экономических реформ.
Конрад Аденауэр вел свою предвыборную кампанию в 1949 году не как полемику по
поводу экономического устройства, а как борьбу за прочное соединение со
свободным западным миром. В 1969 году, когда выбрали Вилли Брандта, на переднем
плане стояла восточная политика. Гельмут Коль обеспечил себе большинство голосов
на выборах в 1983 году призывом к «морально-духовному перевороту». А Герхард
Шредер («Мы не хотим ничего больше, кроме как многое сделать лучше») увиливал в
1998 году от любого высказывания в пользу реформ. Меркель первая сделала ставку
на экономику, но Шредер сумел извлечь выгоду даже из этой проигрышной ситуации.
Он обвинил Ангелу Меркель и ее партию в «бездушии» по отношению к рядовым
немцам, заявив, что реформы больно ударят в первую очередь по простым
обывателям.
Потерпела победу, одержал поражение
Трудно предсказать, кто будет править Германией завтра.
Комментируя итоги выборов, аналитики пользуются красноречивой формулировкой
«Меркель потерпела победу, а Шредер одержал поражение». Это еще раз доказывает
нестабильность и непредсказуемость нынешней ситуации. СДПГ Шредера проиграла, но
канцлер, оправившись от шока, в психологическом плане вышел из выборов
победителем, пишет швейцарское издание Le Temps.
Герхард Шредер 22 мая сам инициировал проведение досрочных
выборов в бундестаг за год до истечения своих полномочий, поставив вопрос о
доверии кабинету и повергнув в изумление и собственную Социал-демократическую
партию, и оппозицию из ХДС/ХСС, и немецкое общество в целом. Выборы показали,
что расчет был верен. Несмотря на то, что в самом начале предвыборной кампании
правоконсервативная оппозиция обладала огромным преимуществом, намного опережая
по популярности партию власти, канцлеру Шредеру удалось провести свою кампанию
максимально активно и добиться невозможного. В глазах немцев Шредер неожиданно
предстал в роли человека, который не держится за собственное кресло и готов
поступиться своим постом ради того, чтобы совместно со страной найти выход из
кризиса. Именно такой подход позволил ему повлиять на настроения избирателей и
лишить ХДС/ХСС шансов на чистую победу: возможности получить большинство в
парламенте и сформировать собственное правительство.
Вместо неминуемого поражения Шредер сумел свести игру к
почетной ничьей, которая в конечном счете оказалась его победой. Вместо
политического забвения ему гарантирована как минимум роль лидера сильной
оппозиции. Но не исключено, что Ангеле Меркель придется сформировать так
называемую большую коалицию, пригласив в нее возглавляемую Шредером СДПГ, хотя
пока такой вариант отвергается обеими сторонами.
Прогнозы на будущее
Независимо от того, кто станет канцлером и как распределятся
портфели в новом правительстве, остается открытым вопрос, какой же будет
внутренняя и внешняя политика новой Германии. В области внутренней политики
главная трудность для новой правящей коалиции будет состоять в необходимости
доказать, что ХДС/ХСС вовсе не «холодные и бесчеловечные бюрократы», для которых
главное — успешное развитие экономики, ради чего они готовы пожертвовать
интересами малоимущих и социально не защищенных слоев. Что касается внешней
политики, Ангела Меркель давно обещает наладить отношения с США, которые стали
заметно прохладнее после начала войны в Ираке. При этом ось Берлин — Париж —
Москва как имеющая скрытую антиамериканскую направленность уйдет в историю. В
команде Ангелы Меркель говорят об ошибочности политики «осей» и обещают не
допускать их создания в будущем.
Кроме того, совершенно ясно, что она с гораздо меньшей
симпатией относится к России и лично Владимиру Путину, чем Герхард Шредер.
Поэтому Москва настороженно следит за событиями в Германии, попутно демонстрируя
свою поддержу СДПГ. В Кремле царит озабоченность, а среди противников Путина —
надежда, что с приходом Меркель в канцлеры между Берлином и Москвой задуют новые
ветры. «Я не надеюсь на чудо, но, если Ангела Меркель станет канцлером,
несказанному подхалимажу, который существует сегодня в отношениях России и
Германии, вероятно, придет конец», — заявил накануне выборов в бундестаг Сергей
Ковалев, известный российский правозащитник и соратник Андрея Сахарова.