Необычно в этой истории то, что она почему-то удивляет людей.
Это время такое — когда все перевернуто с ног на голову, когда мы еще можем
жалеть, сочувствовать, но самый обычный человеческий поступок — правильный и,
может быть, единственно верный — заставляет изумляться. Лида Мазур вместе с
братом живет в селе Пионерском Симферопольского района. Они обитают в двух
комнатках — столько в состоянии обогреть. В печке трещат дрова — есть
отопительный котел, но с ним Лида обращаться не умеет. Впрочем, и этих комнат
брату с сестрой достаточно. Ведь их осталось всего двое в большом доме, где
некогда жили их родители.
«Маме сделали операцию», — сказал отец Лиде, вернувшись из
больницы. Девушка тогда только подумала: поскорее бы мама встала на ноги. Как
они все испугались, когда ей ночью вдруг стало плохо! Но теперь-то все должно
пойти, как раньше. Мама была человеком, на котором держалась вся семья Мазур, и
вот уже неделю ее нет дома, и отец проводит у ее палаты свободное время, и Лиде
с братом дом кажется непривычно пустым. Они не дождались матери — она умерла в
больнице. Это было три года назад.
Тогда же дети лишились отца. Нет, он был рядом, разговаривал,
пытался что-то делать — но того, прежнего, отца уже не было. Он сильно тосковал
без жены, с которой прожил вместе без малого двадцать лет. Потом у него
обнаружили туберкулез. Лечили, но если человек не то что вылечиться — жить
дальше не желает, можно ли поставить его на ноги? А в ноябре прошлого года Лида
и Алексей остались круглыми сиротами.
Молоденькая девушка и мальчик-школьник — как им жить дальше?
Если в селе и перешептывались насчет того, что сестре теперь другого выхода нет,
как сдать мальчонку на попечение государства, то эти слухи утихли быстро. А ведь
в таком поступке ничего удивительного не увидели бы — как же еще пробиваться в
жизни? Но Лида первым делом взялась за оформление опекунства над братом. Ей не
понадобилось времени на раздумье: как они вдвоем будут жить на ее зар-
плату кассира. «Как-нибудь продержимся! — говорит она. — У нас
разница с братом в четырнадцать лет, я и отношусь к нему, как к своему
ребенку».
Лида с самого начала надеялась разве что на помощь
родственников — бабушки и дяди, которые живут в соседнем селе: когда совет
понадобится, когда мужская рука в хозяйстве. И в самом Пионерском люди неплохие:
в сельсовете даже как-то пообещали помощь. Ее, правда, Лида так и не дождалась.
Но доброе слово тоже приятно. Все лучше, чем чувствовать, что на тебя косятся с
неприязнью и страхом. А этого Лида с Алексеем тоже успели хлебнуть — когда отец
болел. Несмотря на то, что сестра и брат постоянно находились под наблюдением
врача (все-таки в доме опасный больной) и именно врач решал, можно ли мальчику
посещать школу, некоторые родители даже ходили просить, чтобы Алешу убрали из
класса. Ничего удивительного, что и дети стали относиться к нему по-другому:
держались поодаль, могли и в спину крикнуть: «Туберкулезный!»
Сейчас в школе у Алеши все нормально. Учится, правда, неровно.
Если Лида не посидит с ним вечер за уроками — вряд ли принесет хорошую оценку. А
девушка и сама учится заочно. Как раз перед Новым годом она получила «подарок»:
ее сократили с работы. И теперь Лиде (она работала кассиром) предстоит искать
новую. Кстати, может, кто знает подходящую вакансию?
Странно слышать, как называют поступок Лиды: «благородным»,
«геройским», «необычным». Еще и прибавляют: «В наше время…» А разве наше время
отменило все нормальные человеческие чувства, ощущение ответственности за семью
— пусть даже если от нее остался младший брат или сестра?
Лида Смирнова живет в Саках, ей двадцать с небольшим, и ее
детство не назвал бы обычным даже шапочно знакомый с этой семьей человек. Мать
Лиды родила трех дочерей, но воспитывать их «мешали» вечные пьянки. В конце
концов детей стало воспитывать государство. Кажется, жизнь решила в очередной
раз подшутить: у старшей немало энергии, предприимчивости — она сейчас работает
за границей; младшей досталась самая незавидная судьба — снова казенный дом, уже
за колючей проволокой. А средней, Лиде, предоставила нелегкий выбор. Дело в том,
что непутевая мамаша успела родить еще трех детей и снова была лишена
родительских прав. Никто слова плохого бы не сказал, если б девушка смирилась с
отправкой их в интернат и приезжала время от времени навещать. Тем более, что
сама замужем, на руках трое своих ребятишек.
Старшие — Кристина и Виталик — выросли практически на руках
Лиды и, когда она вышла замуж, постоянно забегали к ней. На младшем же брате, к
сожалению, многолетнее пьянство матери отразилось: ему необходим
специализированный интернат. Лида особых иллюзий относительно воспитания сестры
и брата не строила: видела, что жизнь с матерью уже принесла свои плоды — дети
особой тяги к учебе не испытывали, любили бесцельно гулять по городу, а в школу
просто стеснялись идти — из-за того, что плохо одевались. Но она решила, что
справится. И не ошиблась. Все, кто знал Виталика и Кристину раньше, сходятся на
том, что спокойная жизнь в нормальной семье сильно изменила их: не осталось
следа от агрессивности, настороженности и вечной готовности защищаться. Виталик
даже решил, что, когда вырастет, станет, как старшая сестра, кондитером.
И судьба Иры Архиповой из села Журавки Кировского района в
свое время взволновала немало людей. Ее поступок тоже удивил: в девятнадцать лет
после смерти отца она осталась главой огромной семьи. Мать давно бросила детей,
отправившись искать счастья в других краях. Три брата, сестра и своя маленькая
дочка — вот о скольких людях должна была заботиться девушка, не имевшая ни
работы, ни взрослой родни, а только большое желание не разлучаться со своей
семьей. Она сама в этом ничего удивительного не видела, верила, что справится.