Грандиозный скандал в Московском театре на Таганке вышел далеко за пределы России. Вспыхнул пожар страстей в Чехии. Коснулся всех, кто родился и жил в СССР, ведь они считать чужой Таганку не будут никогда.
Так что география семейной свары очень широка. Коснулась она и Крыма. Народ, в той или иной степени относящийся к миру искусства или интересующийся этим миром, активно обсуждает, кто прав, кто виноват, спрашивают, за что, возмущаются «о, Боже мой!» и так далее. Даже проецируют скандал на наши реалии: дескать, вот 93-летний Юрий Петрович Любимов ушел, почему бы и некоторым другим не последовать его примеру?
Оставим вопрос без ответа и вернемся к Таганке. Конфликт из-за гонораров, вспыхнувший на гастролях в Чехии, на мой взгляд, ерунда, мелочь, предлог, спичка, брошенная в давно пропитанный бензином организм.
Чего судить-рядить, кто в этом конфликте прав, кто виноват. При желании можно найти правду у обеих сторон — и у актеров, требующих каких-то денег (они вечно считают, что им недоплачивают, и истово борются то за гонорары, то за суточные), и у Любимова с супругой, считающих, что актеры Таганки — неуправляемое, дикое племя (вот только кто сделал их такими?).
При этом никак не отнять то, что Юрий Любимов — легенда, история советского и российского театра, одна из самых ярких его страниц. Хотя бы из уважения к человеку, сделавшему Таганку Таганкой, к тому же человеку более чем преклонного возраста, можно было вести себя не так хамски и ультимативно. Хотя другая сторона говорит, что хамства не было, хамили как раз худрук с супругой…
Любимов вроде бы ушел из театра на Таганке. Ушел вроде бы навсегда. Театр пока что возглавил Валерий Золотухин — что само по себе очень даже смешно. Какой из него, из Бумбараша, худрук? Самое главное — совершенно не видно, кто бы мог серьезно возглавить, реанимировать Таганку. Да и нужно ли ее реанимировать, если она умерла?
Примета времени — сегодня практически не осталось стационарных репертуарных театров, руководимых титанами. После смерти этих титанов, физической или творческой, их бывшие роскошные коллективы влачат если не жалкое, то достаточно серое существование. МХАТ после смерти Олега Ефремова стал чисто коммерческим предприятием, театр им. В. Маяковского после ухода Андрея Гончарова не может похвастать стабильностью, недавно там сменили худрука, уволив С. Арцыбашева. Вахтанговцы сами выгнали в свое время Евгения Симонова, но с той поры так и не поднялись. Театр Сатиры, избавившись, наконец, от дряхлеющего Валентина Плучека, превратился под руководством А. Ширвиндта в неизвестно что. В театре им. К. Станиславского труппа во главе с человеком-амфибией — Владимиром Кореневым — только и занята поеданием текущих главрежей. А в каком состоянии питерский БДТ после смерти Георгия Товстоногова? Это нужно видеть! И в Киеве после кончины Сергея Данченко театр им. И. Франко распался на группировки, раздираем противоречиями.
Достаточно примеров? Разве что хитрый Марк Захаров до сих пор держится во главе Ленкома, но и ему нелегко — все больше потерь, все тяжелее удерживать в русле театра-дома актеров, активно расползающихся по кино и телесериалам.
Так что удивителен ли уход 93-летнего Юрия Петровича? Жаль, конечно, что так случилось, но, может, пора уже и отдохнуть?
Тем более (и это самое главное) любимовская Таганка скончалась ведь не сейчас, а лет 30 назад. Первым провозвестником кризиса стала смерть Владимира Высоцкого в 1980 году. Нет, и без него театр мог, конечно, существовать, но уход всенародного Володи стал определенным знаком, предвестием беды.
И решение Ю. Любимова в 1983 году остаться за границей, уверен, не столько поединок с советской властью, сколько подспудное понимание — его Таганка закончилась. Или заканчивается. Еще В. Немирович-Данченко говорил, что любой театр живет плодотворной жизнью лет 15, дальше начинается застой. Вот и посчитайте, с 1964-го сколько прошло?
Все стирают грязное белье чешского скандала. Но не хотят вспомнить историю Таганки начиная с 80-х. Драматический приход в этот театр А. Эфроса, трагический его уход (инфаркт, который во многом был спровоцирован безобразной ситуацией в театре). Уже в тот период труппа показала себя весьма неприглядно. Наружу вырвалось то, что при Любимове как-то скрывалось, хотя и существовало: хамство актерской вольницы, отсутствие дисциплины, пьянство, опоздания на спектакли, неявки на репетиции. При этом все били себя в грудь и клялись в верности Любимову.
Эфроса похоронили, Любимов вернулся на белом коне. Короткий период счастья закончился очередным грандиозным конфликтом и разрывом коллектива («Содружеством актеров Таганки» стал руководить Николай Губенко). В результате оба театра под знаком Таганки влачили и влачат весьма жалкое существование.
В далекое прошлое ушли времена, когда Таганка была властительницей дум. Ее эстетика «фиг в кармане» и истерик на сцене безнадежно устарела, может подействовать разве что на махровую провинцию или на публику, которая аплодирует исключительно из уважения к легенде. Таганковские звезды практически все разлетелись — иных уж нет, а те далече. Вот неполный список потерь — В. Высоцкий, В. Смехов, А. Демидова, Л. Филатов, Б. Хмельницкий, С. Фарада… А кто пришел вместо них, хотя бы приблизительно равноценный? Вот и остается «старикам» типа Ф. Антипова мутить воду.
А Золотухин возглавит театр. Так нечего же возглавлять. Признайтесь в этом, Юрий Петрович.
Обыкновенная, но печальная история. Даже учитывая все обстоятельства, не так следовало расставаться с человеком, создавшим Таганку, принесшим ей славу. Не так.