Гена Лапин, без сомнения, растет настоящим мужчиной. Его мама Ольга рассказывает, что даже грудничком он никогда не плакал. А в 2014 году, когда в его родной Славянск пришла война, четырехлетний Гена пытался выскочить из подвала, чтобы показать военным, что здесь, в домах, дети и чтобы они перестали стрелять…

Вот уже три года в Славянске мирно и спокойно. Гена живет там вдвоем с мамой. Единственная, но безудержная страсть этого мальчика — музыка. Он успешно учится в музыкальной школе, играет на блокфлейте и мечтает о саксофоне. Даже нашел преподавателя, который готов учить его игре на этом инструменте. Только вот самого инструмента у Гены нет. Маме — библиотекарю с мизерной зарплатой — купить саксофон не под силу. На отца, который их бросил и находится в официальном розыске за неуплату алиментов, надежды и вовсе нет. И Гена решил заработать на инструмент сам…

На маленького, щуплого рыжеволосого мальчика с флейтой и рюкзачком, на котором была табличка с надписью: «Допомога на саксофон. Треба 12 000. Я зі Слов’янська. Всім дякую», наверняка обратили внимание многие киевляне. В основном Гена играл в районе пешеходного моста и Почтовой площади. Рядом с ним все время находилась его мама — приятная улыбчивая женщина.

* Увидев такую табличку на рюкзаке мальчика, многие люди подходили знакомиться и давали деньги

— Я и сама когда-то занималась музыкой,— рассказала «ФАКТАМ»Ольга Лапина. — Желание играть на фортепиано у меня было очень сильное, только пришло оно поздно — в четырнадцать лет. Брать меня в музыкальную школу никто не соглашался. Директор объяснял, что в таком возрасте дети уже хорошо играют и никто не станет учить меня с нуля. Это было весной. А в сентябре я поразила приемную комиссию школы, уверенно сыграв «Лунную сонату» — все лето занималась с частным преподавателем и практически догнала своих сверстников. Окончила школу экстерном за три года. Но дальше с музыкой не сложилось — вышла замуж, родила ребенка… А когда через четырнадцать лет забеременела вторым, муж ушел. Но я была только рада. Старший сын очень страдал, глядя, как папа обижает маму. Я не хотела, чтобы и второй ребенок прошел через весь этот ужас. Воспитывала Гену одна.

— У мальчика рано проявились музыкальные способности?

Когда только учился ходить, я заметила, как внимательно он прислушивается к скрипу половиц в комнате. Наступит на одну, на другую, а потом пытается напеть их «мелодию». То же самое происходило за обедом: стукнет легонько ложечкой по столику, по тарелке, потом по чашке, внимательно послушает — и повторяет высоту звука. Я только диву давалась. Сразу поняла: музыкант растет. Но когда подходила к учителям, спрашивала, не возьмутся ли они учить Гену, те только отмахивались: мол, маленький еще, пусть подрастет. Я сейчас жалею, что потеряла время, нужно было самой учить малыша азам.

А когда Гене было четыре годика, началась война. Славянск захватили, постоянно стояла стрельба. Мы все время сидели дома, в той комнате, где есть подпол. Люк был открыт на случай, если придется срочно прыгать вниз. Если выстрелы раздавались со стороны Семеновки, можно было не беспокоиться. Если с горы Карачун, значит, может попасть по нам. Сын все время спрашивал меня: «Мама, почему дяди стреляют? Они хотят нас убить?» Я отвечала, что нет, конечно, это они защищают родную землю от плохих людей.

И тут Гена… начал рваться наружу. Представляете, идет обстрел, а мой четырехлетний сын, вместо того чтобы прыгать в бомбоубежище, пытается выйти на улицу. «Гена, куда ты? Что ты делаешь?» — я была в ужасе. «Я все понял, мама. Они стреляют, потому что думают, что здесь бандиты. Они же не знают, что тут мы, нас не видно, мы в домике. А я выйду, и они увидят: здесь только маленький мальчик. Пусть даже меня ранят, зато остальные спасутся. У нас по соседству восемь деток живут, а если танк бабахнет, их всех убьет. Пусти меня, мама, я выйду. Солдаты увидят в бинокли, что в домах дети, и перестанут стрелять. Тогда и война закончится». Конечно, я не позволила ему выйти. Гена очень переживал. Особенно когда увидел, как снаряд полностью разрушил дом наших друзей. Хорошо, хоть накануне они успели сбежать — как чувствовали…

— Но все эти события очень сказались на нервной системе Гены, начались тик на лице, заикание, нарушение речи,— продолжает Ольга. — Бегали по невропатологам, они нам прописали много таблеток, которые стоят целую кучу денег, а эффекта не дают никакого. И тогда я решила, что лучший способ реабилитации — арт-терапия, особенно учитывая, что Гена очень музыкальный ребенок. В прошлом году я отвела его в музыкальную школу. Перед этим мы долго выбирали инструмент.

Сначала сын хотел научиться играть на пианино, но не позволили физические данные. Ладошка маленькая, он даже октаву не может охватить пальцами. К тому же я была не в восторге от того, что в школе он сидит, уроки дома делает — сидит, а теперь еще и за инструментом будет сидеть. Он и так у меня маленький, худенький, в восемь лет весит всего двадцать килограммов. А с такой нагрузкой вообще бы зачах. В общем, фортепиано нам не годилось.

И вдруг Гена загорелся саксофоном: увидел его по Интернету. Красивый инструмент, потрясающее глубокое звучание — Гену просто завораживало все это. К тому же в Славянске как раз появился преподаватель по саксофону, переселенец из Горловки. Но, когда мы попытались записаться к нему в класс, оказалось, все места уже заняты. Сын даже расплакался. Я подошла к преподавателю и попросила все же подыскать для нас место. Вскоре он сам позвонил — один из его учеников отсеялся, для Гены освободилось место.

Первые три года будущие саксофонисты учатся играть на блокфлейте, разрабатывают дыхание, осваивают технику. У Гены хорошо получается, он принимал участие в нескольких конкурсах и всегда успешно. После первого класса учитель сказал, что Гена вполне может переходить с флейты на саксофон. Только нужно купить свой инструмент. И вот тут мы оказались в тупике. Самый недорогой стоит 12 тысяч гривен, у меня зарплата всего три тысячи. Мог бы помочь отец Гены, если бы платил положенные алименты, но попробуй его найди… Я о нем знаю только то, что у него теперь другая семья, а жену зовут точно так же, как меня, — Ольга Анатольевна. Теперь и фамилия у нас одинаковая. Санта-Барбара, в общем. Ребенок у них родился, мальчик. А до Гены отцу дела как не было, так и нет.

В общем, стало понятно, что саксофон нам купить не за что. Я расстроилась, конечно, а сынок подошел ко мне и спокойно так, по-взрослому, говорит: «Мама, не переживай, я сам заработаю себе на инструмент». Представляете? Восьмилетний ребенок взял на себя обязанность, которую должны выполнять мы, родители. Причем взял ее спокойно и обдуманно. У меня ком стоял в горле, но я решила, что сделаю так, как хочет мой сын. Мы поехали в Киев, сняли тот же хостел, где живет мой старший сын (заодно и с ним провели время). Каждый день Гена выходил на улицы города в вышиванке и играл на флейте.


* На улицах Киева Гена Лапин играл десять дней

— Как люди реагировали?

В основном положительно. Многим нравилось, подходили знакомиться. Помню, одна девушка, увидев Гену, умиленно всплеснула руками и говорит: «Ой, какая милота!» Так реагируют, когда смотрят на миленьких котят. Но был и другой случай: подошла женщина, с неодобрением посмотрела на нас с Геной и сказала, что таких мам, которые эксплуатируют детей и наживаются на них, нужно строго наказывать. Она думала, что я заставляю сына играть. А когда узнала, что он из Славянска, растет без отца и мечтает о саксофоне, прослезилась и даже дала денег. Удивительнее всего, что некоторые мои сотрудники, даже зная нашу ситуацию, отреагировали на нашу поездку негативно. Язвительно спросили меня, много ли денег «насшибала». Я в ответ спрашиваю: «А вы что, тоже хотите помочь?» Давно уже не реагирую ни на какие провокации. Для меня главное — счастье моего сына.

— Мне в Киеве очень понравилось,— делится с «ФАКТАМИ» своими впечатлениями Гена Лапин.Особенно здорово было сходить в аквапарк. Играть тоже понравилось, и люди реагировали хорошо. Правда, было немного страшновато иногда, что они скажут, что спросят. Играл я много. Лучше всего получалась «Веселая карусель». Если бы не десять дней, а все каникулы стоял на улице с флейтой, смог бы, наверное, купить себе не один, а несколько саксофонов. Мне бы хотелось, кроме Киева, еще куда-то поехать, чтобы тоже играть на улице. Лучше всего в Австралию…

За десять дней каникул Гене Лапину удалось собрать 2 тысячи гривен. Для покупки саксофона не хватает еще десять тысяч гривен. Те из наших читателей, кто хочет помочь мальчику исполнить его мечту, могут переслать деньги на карточку его мамы: Приват Банк, 5168 7551 0398 6226, получатель — Лапина Ольга Анатольевна.

Напомним, ранее «ФАКТЫ» рассказывали о 8-летней барабанщице из Киевской области, которая получила Гран-при престижного фестиваля в Лас-Вегасе.

Источник: Факты