Сериал «Адъютант его превосходительства», которому исполняется 35 лет, мы называем не только культовым, но и родным. Родным для Крыма и Украины. Ведь съемки многих сцен фильма проходили в Киеве, один из авторов сценария — бывший чекист, партизан, а затем писатель Георгий Северский — жил в Симферополе. Да и сам прототип отважного героя Павла Кольцова — Павел Макаров, адъютант белого генерала Май-Маевского, тоже, можно сказать, наш — вся его деятельность разворачивалась в Крыму и на Украине.

Гражданская война: сценаристы против режиссера

Надо искренне поблагодарить строгие органы госбезопасности: каждый юбилей своей непростой отрасли они встречали, как правило, очередным хорошим фильмом на тему очень хороших советских разведчиков. Потребность пышно отметить 50-летие органов безопасности и в очередной раз отразить героическую деятельность этих самых органов не только в годы отечественной войны и мирное время, но и в годы «той единственной гражданской» совпала с потребностью в очередном загадочном и легендарном герое.
И такой герой был реальностью. Павел Макаров, втершийся в годы гражданской в доверие к генералу Май-Маевскому, стучавший тому на белых офицеров, полуграмотный человек, ссылавшийся на контузию, разоблаченный, бежавший из тюрьмы, женившийся на дочери белогвардейского офицера, партизан и писатель. Реальность предстояло причесать и превратить в красивый вымысел.
Работать над сценарием начал творческий дуэт в составе вышеупомянутого крымчанина Георгия Северского и 38-летнего Игоря Болгарина. Режиссером был утвержден Евгений Ташков, который к тому времени снял не только популярную картину «Приходите завтра» о незабвенной Фросе Бурлаковой, но и самый настоящий героический сериал «Майор Вихрь». Как оказалось, от «Майора» до «Адъютанта» для Ташкова — полшага.
Поначалу сценаристы и Ташков не сработались. Болгарин обвинял режиссера в авторитаризме, недружелюбии и нетактичности (объяснялось все просто — Ташков решительно вмешался в сценарий будущего фильма и стал претендовать на соавторство, а значит, и на дележку гонорара), даже сочинил на него жалобу в объединение «Телефильм». Но жалоба результата не возымела.

Кто вы, капитан Кольцов?

«Штирлицем гражданской» стал актер Малого театра Юрий Соломин, стал достаточно неожиданно. Убедительно сыграв в фильме «Сильные духом» отъявленного гестаповца, артист и здесь должен был предстать в роли белого контрразведчика Осипова. Но белым Осиповым в результате стал будущий Холтофф из «17 мгновений» — Константин Желдин. Соломин же в результате «перекрасился» в красный цвет, а вернее, принял спартаковские цвета — стал красно-белым: он и генералу Ковалевскому верой-правдой послужил, но все-таки большевикам и лично Мартину Яновичу Лацису — побольше.
Соломина не хотели утверждать. Совершенно негероическая внешность, невысокий рост, внешняя неброскость. Окончательное решение было принято только после шестой кинопробы.
Таким образом, не суждено было стать «адъютантом его превосходительства» утвержденному поначалу Михаилу Ножкину. Ставший невероятно популярным после роли разведчика Бекаса в фильме «Ошибка резидента», он не сумел поймать еще одну птицу актерской удачи, хотя белогвардейский мундир был ему очень к лицу.

Белые, красные и Исаак Либерзон

Его превосходительством генералом Ковалевским (Май-Маевским) стал ленинградский актер Владислав Стржельчик. Для красных генерал — враг, но враг уважаемый. Интеллигентнейшему Владиславу Игнатьевичу на роду было написано всю жизнь создавать образы благородных лиц дворянского происхождения, поруганных советской властью. В фильме «Корона Российской империи», играя жулика Нарышкина, он даже пытался стибрить эту самую корону из-под носа у экспроприировавших ее большевиков — не тут-то было.
Если Стржельчик играл, в общем-то, хорошего белогвардейца, то рядом обязательно должен был быть очень плохой. Им стал начальник контрразведки полковник Щукин. У Ковалевского было мудреное, труднопроизносимое отчество — Зенонович, а вот артист Московского театра сатиры, сыгравший Щукина, запомнился говорящей фамилией — Козел. Широкому кругу телезрителей он был хорошо известен как респектабельный бармен пан Беспальчик из «Кабачка «13 стульев».
Лидером красных — Мартином Лацисом — стал сам режиссер фильма, Евгений Ташков. Виктор Павлов вначале должен был быть назначен на роль красноармейца Сиротина, хотя очень хотел играть его антипода — бандита Мирона Осадчего. Слезно просил эту роль — режиссер был неумолим. Решил дело случай — актера Петрова, утвержденного на Осадчего, почему-то не оказалось на съемочной площадке, Павлов вызвался подыграть Людмиле Чурсиной и подыграл так удачно, что в результате они с Петровым поменялись ролями и цветами: Павлов стал белым, а Петров красным.
Сына полковника Львова Юру, того самого мальчика, который задаст Кольцову судьбоносный вопрос: «Павел Андреевич, вы шпион?», сыграл московский школьник Саша Милокостый. Это ж надо у шпиона такое спросить, совсем без головы нужно быть! Не случайно Милокостый вскоре после сериала сыграет всадника без головы в экранизации популярного романа Майн Рида.
У многих вызвала удивление безжизненная дама сердца Кольцова — дочь жестокого Щукина Татьяна. Кто такая, почему не дышит? Таню Щукину сыграла другая Таня — Иваницкая, балерина, закончившая Московское хореографическое училище, работавшая в балете хора имени Пятницкого. В балете хора — я ничего не перепутал? Да вроде бы ничего…
И, конечно, актерский шедевр «Адъютанта», не имеющий никакого отношения к основному сюжету, — чета Либерзонов, две маленькие роли старого ювелира Исаака и его жены, сыгранные всегда удивительно смешным и человечным Борисом Новиковым и чтицей Елизаветой Ауэрбах. Ауэрбах рассказывала, что после премьеры «Адъютанта» ни один ее концерт не проходил без фразы на бис: «Исаак, не валяй дурака, им нужен Федотов!» Снимался этот шедевр на удивление быстро. По дороге в костюмерную Ташков объяснил актрисе суть эпизода. Затем пару раз прорепетировали. Елизавета Ауэрбах поинтересовалась, когда будет непосредственно съемка. Евгений Ташков, разговаривавший по телефону, удивился: «Какая съемка? Все уже снято. Большое спасибо».

Такой секс нам не нужен

Сериал, съемки которого велись в мосфильмовских павильонах, а также в Новороссийске и Киеве, создавался, в общем-то, без сучка и задоринки. Разве что иногда случался брак пленки, но как же без этого. Однако с приемом картины были сложности. Телевизионное начальство, просмотрев материал, всполошилось: «Это же гимн белогвардейщине!» Премьеру фильма решено было отложить, но создатели сериала подключили к этой ситуации зампреда КГБ Семена Цвигуна, отвезли ему прямо в больницу копию фильма, и находившийся на лечении чекист дал отмашку. Фильм разрешили, а через год дали ему даже Государственную премию РСФСР.
Впервые в 1970 году сериал показывали не ежевечерне, а через день, растянув таким образом удовольствие на десять дней, вернее, десять телевечеров. Спустя чуть больше месяца запустили «Адъютанта» в повторный показ.
Из окончательного варианта в результате выпала только невинная эротика — постельная сцена капитана Кольцова и Тани Щукиной. Причем что значит «постельная сцена»? Влюбленные лежали после ужина в одной кровати под одеялом и разговаривали. Больше — «ни-ни». Но руководство ТВ все равно решило перестраховаться. И во втором показе сериала эту сцену все-таки вырезали, сославшись на якобы многочисленные заявки телезрителей. Так что те, кто не посмотрел сериал в дни премьеры, слегка недоумевали: если это любовь, почему они все время только разговаривают?

Будущее, светлое и не очень

После показа сериала Юрий Соломин стал национальным кумиром. Скрываясь от поклонников, он стал носить черные очки, поднимать воротник пальто и надвигать на глаза кепку. О том, чтобы Соломин после этого сыграл в кино какую-нибудь отрицательную роль, и речи не было — разве что легкомысленного Генриха Айзенштейна в «Летучей мыши», не более того.
А за Виктором Павловым, наоборот, закрепился стойкий имидж подлеца и предателя. Однажды он стоял в очереди в магазине и сделал корректное замечание девушке, которая проталкивалась к прилавку без очереди. В ответ на свою мягкую реплику Павлов получил: «А вы как в кино гад, так и в жизни сволочь…» В сериале «Место встречи изменить нельзя» Павлов сыграет Левченко — почти такого же Мирона Осадчего, только еще более пронзительного и неоднозначного.
Саша Милокостый стал артистом и попал в очень неприятную историю. Он едва не сделался жертвой наемного убийцы, причем «заказала» его вроде бы собственная жена. Однако сама супруга Милокостого Наталья утверждала, что виноват некий бомж, которого нанял якобы сам ее муж. В общем, кто здесь шпион, выяснить не удалось.
А настоящий шпион Павел Макаров, несмотря на то, что в последние годы плохо видел, успел посмотреть картину. Ему понравилось. Весной 1997 года ушел из жизни сценарист и партизан Георгий Северский, но Георгий Леонидович успел написать пьесу — продолжение «Адъютанта его превосходительства», которая была поставлена в Крымском театре им. М. Горького. Кольцов, конечно, освобождался из тюрьмы, побеждал всех врагов и, более того, вербовал самого генерала Ковалевского перейти на сторону красных и вместе строить вожделенный коммунизм. Туда им и дорога.