Категории
 
архив
 
454 < 455 > 456



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Триумф и трагедия генерала Врангеля

/ЕВГЕНИЙ КНЯГИНИН /

[1K] Среда обитания :: Триумф и трагедия генерала ВрангеляЛица минувшей эпохи

В советских учебниках истории генерала Петра Николаевича Врангеля как только не ругали, но прошли годы, и сейчас в многочисленных публикациях «черного барона» (это прозвище генерал получил за свою форму одежды — черную казачью черкеску с газырями) расхваливают на все лады. Однако, как и у всякого человека, у Врангеля были свои достоинства и недостатки.

20 марта 1920 года главнокомандующий вооруженными силами на Юге России А. Деникин отправил председателю военного совета генералу А. Драгомирову телеграмму: «Три года российской смуты я вел борьбу, отдавая ей все свои силы и неся власть, как тяжкий крест, ниспосланный судьбой. Бог не благословил успехом войск, мною предводимых. Предлагаю военному совету избрать достойного, которому я передам преемственно власть и командование».
Через два дня военсовет решил избрать генерала Врангеля. Драгомиров провозгласил новому главнокомандующему «ура!», но, как вспоминал один из участников заседания, приветствие прозвучало «без воодушевления и единогласия».
Почему же членов совета терзали сомнения и насколько они были обоснованными?

Выдающейся храбрости…

Петр Николаевич Врангель родился 15 августа 1878 года в семье потомственных дворян Петроградской губернии, принадлежавшей к старинному и знатному роду датского происхождения, известному с XIII столетия. Более всего представители семейства выдвинулись на военном поприще: в Дании, Швеции, Германии, Австрии, Голландии, Испании и впоследствии в России эту фамилию носили семь фельдмаршалов, более тридцати генералов и семь адмиралов.
Однако поначалу юный Петр Врангель о военной карьере не помышлял. Он учился в Ростовском реальном училище, а в 1896 году поступил в горный институт в Санкт-Петербурге. Однако, окончив институт в 1901 году, Врангель неожиданно записался вольноопределяющимся в лейб-гвардии конный полк. Через год, сдав экзамен в Николаевском кавалерийском училище, он был произведен в корнеты гвардии с зачислением в запас. По некоторым сведениям, Врангель был отправлен в запас ввиду несдержанности характера.
Два года он подвизался в Иркутске чиновником особых поручений при генерал-губернаторе, а с началом Русско-японской войны вступил добровольцем в действующую армию. После войны он окончил Николаевскую академию генерального штаба. Первую мировую войну Петр Врангель встретил командиром эскадрона в чине ротмистра и в октябре 1914 года одним из первых русских офицеров был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. В декабре 1914 года он был произведен в полковники. Осенью 1915 года Врангель был назначен командиром 1-го Нерчинского полка Забайкальского казачьего войска. При переводе ему была дана следующая характеристика: «Выдающейся храбрости. Разбирается в обстановке прекрасно и быстро, очень находчив в тяжелой обстановке». До июля 1917 года он был командующим Сводным конным корпусом в чине генерал-майора.
Октябрьская революция застала Врангеля в Ялте. Чтобы предотвратить захват Крыма большевиками, Крымскотатарское национальное правительство объявило всеобщую мобилизацию и создало объединенный штаб, который возглавил Д. Сейдамет. Должность командующего войсками была предложена генералу Врангелю.
Получив телеграмму, Врангель выехал в Симферополь, чтобы определиться на месте. Вся деятельность штаба, вспоминал он, «оказалась окрашенной типичной керенщиной: предполагая опереться на армию, штатский крымский главковерх, так же, как и коллега его в Петербурге, мыслил иметь армию демократизованную с соответствующими комитетами и комиссарами. С первых же слов моего свидания с Сейдаметом я убедился, что нам не по пути, о чем откровенно ему и сказал, заявив, что при этих условиях я принять предлагаемую должность не могу». Возможно, именно потому, что генерал Врангель отказался возглавить борьбу с большевиками, она не увенчалась успехом.
11 января 1918 года его арестовали большевики и отправили на миноносец, который использовался в качестве плавучей тюрьмы. С берега слышались выстрелы. «Уже впоследствии, — писал Врангель, — я узнал со слов очевидца, старого смотрителя маяка. На его глазах за три дня было расстреляно более ста человек. Трупы их, с привязанным к ногам грузом, бросались тут же у мола в воду». Врангелю повезло — трибунал снял с него обвинения в вооруженном сопротивлении большевикам.

Герой Царицына

Опасаясь нового ареста, Врангель перебрался в Мисхор, где и сидел, не высовывая носа, до прихода немцев. В августе 1918 года он отправился в Киев к своему хорошему знакомому генералу Скоропадскому, но вскоре разочаровался в бывшем командире лейб-гвардии конного полка: генерал, ставший гетманом, не желал думать о возрождении монархической России, а сосредоточился на создании украинской державы.
В сентябре Врангель появился в Екатеринодаре, в штабе Добровольческой армии, чтобы встать в боевые ряды белого движения. Встретили его настороженно, так как Врангель не мог внятно пояснить, почему он во время знаменитого «Ледяного» похода Добровольческой армии (зима — весна 1918 года) отсиживался в Крыму. Тем не менее Деникин назначил Врангеля командовать дивизией, а затем и корпусом. В ноябре 1918 года Петр Николаевич был произведен в чин генерал-лейтенанта, а в январе 1919 года возглавил Кавказскую добровольческую армию.
Крупной военной победой Врангеля стало взятие Царицына 30 июня 1919 года. За 40 дней боев его армия захватила 40 тысяч пленных, 70 пушек, 300 пулеметов и 2 бронепоезда: «Ленин» и «Троцкий». Царицынская операция сделала главкома Кавказской армии одним из самых популярных и авторитетных генералов белого движения. «Герой Царицына» — так теперь именовали Врангеля газеты. Был даже сочинен и преподнесен в дар командарму марш под названием «Генерал Врангель». Повсюду развешивались лубочного стиля картинки, где Петр Николаевич был изображен в позе Медного всадника с рукой, указывающей на Москву: намек на появление нового вождя — Петра IV.
Именно в Царицыне прибывший туда вскоре генерал Деникин подписал свою знаменитую директиву: «Имея конечной целью захват сердца России — Москвы, приказываю:
— генералу Врангелю выйти на фронт Саратов — Ртищево — Балашов и продолжать наступление на Пензу и далее на Нижний Новгород, Владимир и Москву.
— Генералу Май-Маевскому наступать на Москву в направлении: Курск, Орел, Тула».
Врангель был крайне недоволен этой директивой, так как на стратегическом направлении действовал Май-Маевский, который в случае успеха въехал бы в Москву на белом коне. «Не проходило дня, — вспоминал Деникин, — чтобы от генерала Врангеля ставка или я не получали телеграмм нервных, требовательных, резких, временами оскорбительных, имевших целью доказать превосходство его стратегических и тактических планов, намеренное невнимание к его армии и вину нашу в задержках и неудачах его операций». К середине июня 1919 года письма и рапорты генерала Врангеля главнокомандующему приняли характер памфлетов, предназначенных для постороннего читателя. С их содержанием Врангель знакомил своих помощников и некоторых общественных деятелей, а через них они становились достоянием широкой общественности. Кстати, это именно Врангель распустил слух о том, что генерал Май-Маевский подвержен запоям.
В результате, когда осенью наступление Добровольческой армии на Москву захлебнулось и она стала откатываться назад, все вспомнили, как Врангель предупреждал, что так и случится. А почему сам генерал со своей армией полгода топтался под Камышином? Так это Деникин не давал ему солдат, артиллерию и танки, о чем Врангель не уставал всем рассказывать.
В конце ноября 1919 года Май-Маевский был уволен с должности командующего Добровольческой армией, а на его место был назначен Врангель, который немедленно принялся плести нити заговора с целью сместить Деникина с поста главнокомандующего. Об этом Деникин получил свидетельства генерала Шкуро, терского атамана генерала Вдовенко, генерала Эрдели и других. В декабре 1919 года Врангель был отстранен от командования и отправлен в Крым в распоряжение главноначальствующего Новороссийской области генерала Шиллинга. Попытки Врангеля сместить Шиллинга закончились тем, что в феврале 1920 года он был отправлен в отставку и отбыл в Константинополь. Напоследок Врангель написал Деникину о том, что тот думает «не о спасении отечества, а лишь о сохранении власти». Деникин ответил: «Если у меня и было маленькое сомнение в вашей роли в борьбе за власть, то письмо ваше рассеяло его окончательно».

Кара за непомерное честолюбие

В армии о конфликте Врангеля с Деникиным хорошо знали, причем подавляющее большинство генералов и офицеров, в особенности командиры Корниловской, Марковской и Алексеевской дивизий, поддерживали отнюдь не Врангеля. Мнения о Петре Николаевиче высказывались самые нелицеприятные. Так, полковник Гильбих писал о Врангеле: «Крайне честолюбив, ради своей выгоды готов потопить кого угодно; не терпит подчиненных с умом и сильным характером; не держит своего слова; ставит свой интерес выше всякой идеи». Генерал Мильковский добавил: «Врангель достаточно умный, честолюбивый, себялюбивый и страдающий манией величия. В выборе помощников не терпит людей с собственным мнением. Большой интриган».
Но как же так получилось, что именно Врангель был выбран преемником Деникина? Видимо, выбора не было. «Кто мог стать на место Деникина? — рассуждал генерал Махров. — Конечно, не Драгомиров, потерявший всякий авторитет после Киева. Еще меньше шансов имел Кутепов, умственный кругозор которого не мог расшириться с такой быстротой, как ему давались чины. Не мог же занять пост главнокомандующего всегда полупьяный кретин Слащев. Никто бы не высказался за Покровского. Оставалось безупречное имя Улагая, но он был только солдат». Да, генерал Сергей Улагай (прообраз генерала Чарноты в пьесе М. Булгакова «Бег»), которого Деникин характеризовал как доблестного воина и безупречного человека, мог с честью возглавить Добровольческую армию, но у него не было того, что было у Врангеля, а именно: ноты британского правительства. Сама по себе эта нота была прискорбной — Лондон предлагал Добровольческой армии «оставить неравную борьбу» и вступить в переговоры с советским правительством, а в случае отказа угрожал прекратить «всякую поддержку или помощь». Но Врангель, приехавший с этим документом в Севастополь, выглядел как полномочный представитель британского правительства.
Как бы то ни было, но мечта Петра Николаевича сбылась — он был назначен не только главнокомандующим Добровольческой армией, но и правителем Юга России, почти монархом. Для большевиков это был несказанный подарок — барон, золотопогонник с «немецкой» фамилией Врангель быстро стал символом последнего оплота самодержавия. Уже в июле 1920 года родилась на свет песня:
Белая армия, черный
барон
Снова готовят нам царский
трон.
Казалось, разрушить этот оплот почти невозможно. В распоряжении Врангеля была 100-тысячная армия (правда, на боевых позициях находилась едва ли половина списочного состава, а все прочие отдыхали на побережье), а Крым представлял собой естественную крепость, с трех сторон окруженную морем. К тому же за те 9 месяцев, в течение которых Врангель был главнокомандующим, он вроде бы укрепил Турецкий вал. Но белый офицер-артиллерист С. Мамонтов, принимавший участие в обороне Крыма осенью 1920 года, писал: «Окопы на Перекопе были хороши и даже с проволочным заграждением. Но ни землянок для людей, ни складов, ни дров, ни колодцев предусмотрено не было. Есть было нечего, вместо воды ели снег. Под английскую шинель я напихал соломы на грудь и на спину и стянул ремнем, чтобы не вываливалась. Понятно, все эти дни не раздевались и не мылись. Вшей хоть отбавляй».
Неудивительно, что в ноябре 1920 года командовавший обороной Крыма генерал Кутепов не смог сдержать наступление и части Красной армии под общим командованием Фрунзе прорвались на территорию Крыма. Позже советский военачальник В. Триандафиллов констатировал: «Только общим надломом воли противника можно объяснить очищение им перекопских позиций, но не нашим тактическим успехом».
В распоряжении Врангеля был еще Севастополь — вторая по величине после Кронштадта крепость России. Там находились десятки крепостных и морских пушек и мортир, а также огромный запас снарядов. Севастополь мог держаться достаточно долго и стать форпостом белого движения, но генерал предпочел все бросить и объявить всеобщую эвакуацию.
Судьба Добровольческой армии была печальной. Десятки тысяч солдат и офицеров оказались на чужбине, сначала они фактически содержались в концлагерях, где многие умерли от голода, а потом рассеялись по всей Европе, испытывая бедствия и нужду. Самого Врангеля в 1928 году в Брюсселе свела в могилу скоротечная чахотка. Поговаривали, дело не обошлось без агентов ОГПУ, подмешавших в компот туберкулезную палочку, но сам Петр Николаевич еще в 1919 году, когда заболел тифом, сказал, что Бог карает его за непомерное честолюбие.

комментариев:0   распечатать статью 

Еще в рубрике Среда обитания:

 

В крымских школах 426 учеников пострадали от насилия

[1K] Соцзащита :: В крымских школах 426 учеников пострадали от насилия Сколько родителей убеждают себя в том, что нелады их сына или дочери со сверстниками — неприятный, но неизбежный этап притирки характеров, опыт разрешения конфликтов! В конце концов, чуть ли не у каждого крымчанина есть пример из детства, когда...

В январе Могилева или съедят, или захлопают. Сам напросился

[1K] Политика :: В январе Могилева или съедят, или захлопают. Сам напросился Премьер Анатолий Могилев по доброй воле стал заложником крестьян Бахчисарайского района в их хозяйственном споре с агрофирмой «Крым».
Судебное разбирательство, растянувшееся на долгих семь лет, вновь стало причиной острого конфликта на...

Посадить можно даже святого — милиция найдет у него наркотики

[1K] Криминал :: Посадить можно даже святого — милиция найдет у него наркотики Думаете, если вы законопослушный гражданин, то тюрьма вам не грозит ни при каких обстоятельствах? Ошибаетесь. В наше время посадить можно любого, было бы желание у носителей погон. В сегодняшней нашей публикации мы расскажем о двух крымских...

Сельскохозяйственные земли посчитают и внесут в каталог

[1K] Инфраструктура :: Сельскохозяйственные земли посчитают и внесут в каталог В Крыму начался подсчет сельскохозяйственных земель. Рескомзем полагает, что ему удастся аккумулировать в едином каталоге сведения о всех распаеванных, используемых, арендуемых, брошенных и прочих сельхозземлях полуострова. Впоследствии эта...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • Скончалась Галина Вишневская
  • Инвестпроекты абсурда
  • Ялтинский суд переносит пересмотр дела онкобольного… девятый раз
  • Недостроенный мост генерала Зернова
  • Хакеры воровали деньги через Интернет и мобильную связь
  • Могилев думает, что он остается, и подтвердил претензии к мэру Ялты
  • Земля все-таки вертится!
  • С новой Радой! Стране будет так же плохо, но зато весело
  • Шоколад борется с хроническим кашлем
  • Египет: последнее слово за армией
  • Украина не вылечила старые «экоболячки» и получила новые
  • В этом году крымчане давали больше взяток… за детей
  • Кто на переправе?
  • Когда начинать беспокоиться о депозите
  • Крылатая мечта Ирины Рукавицыной
  •  
    Яндекс.Метрика