Категории
 
архив
 
380 < 381 > 382



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Белые пятна в истории «марша тысячелетия»

/НАТАЛЬЯ ЯКИМОВА/

[1K] Жизнь :: Белые пятна в истории «марша тысячелетия»По давней традиции поезда из Симферополя и некоторых других украинских и российских городов уходят под марш «Прощание славянки». Эта мелодия прочно обосновалась в репертуаре военных оркестров, ее легко может напеть любой человек, который хоть раз услышал. Какое отношение имеет этот знаменитый, известный во многих уголках мира марш к Симферополю? Самое прямое: именно здесь жил человек, роль которого в появлении на свет «Славянки» не определена полностью. Историки никогда не интересовались изучением жизни симферопольца Якова Исааковича Богорада — военного капельмейстера, композитора, преподавателя. И у них были на то причины: очень может быть, что подробности биографии этого человека заставили бы по-иному взглянуть на одну из растиражированных и опоэтизированных страниц музыкальной истории.

Официальная версия «Прощания славянки»

На берегах прихотливо петляющей симферопольской речки Славянки были выстроены воинские казармы, которые с 1880 года занимал расквартированный в Симферополе 51-й Литовский пехотный полк. Прощаться с городом и речкой Славянкой солдатам и офицерам приходилось, когда они покидали город во время учений, уезжали на фронт.
В 1911 году капельмейстером оркестра этого полка был Яков Исаакович Богорад. Сведения о нем очень скудны. Известно, что он родился в 1879 г. в семье учителя начальных классов, окончил Варшавскую консерваторию, получив специальность флейтиста и два диплома — военного капельмейстера и учителя музыки, после чего проработал год в Гомеле. Возможно, он родился и вырос в этом городе, нашел здесь первое место службы, вернувшись домой, — но это лишь предположение. В Симферополь Яков Богорад переехал, получив в 1903 году место капельмейстера 51-го Литовского пехотного полка. Капельмейстер в русской армии был вольнонаемным специалистом. В его обязанности входило обучение полковых музыкантов, барабанщиков и горнистов, дирижирование оркестром. Богорад, несмотря на молодость, уже успел приобрести некоторую известность как композитор и аранжировщик, он создал в Симферополе издательство «Бюро инструментовки «Богорад и К°», где печатались новые произведения для духовых оркестров.
…Официальная история создания марша «Прощание славянки» известна всем: его написал талантливый военный музыкант Василий Агапкин, который еще подростком попал в военный полковой оркестр. Отслужив срочную, Василий Иванович перебрался в Тамбов и был зачислен штаб-трубачом в расквартированный в городе 7-й запасной кавалерийский полк. Эта служба дала ему возможность поступить в музыкальное училище, о чем он мечтал всю жизнь. К этому времени молодой музыкант уже был женат, его дочь родилась в том же году, в котором 27-летний Агапкин стал студентом класса медных духовых инструментов. Cам Василий Агапкин вспоминал: «Марш «Прощание славянки» был написан мною накануне Первой мировой войны под влиянием предшествующих событий на Балканах, когда Турция агрессивно напала на мирные Балканские государства». Свое сочинение, написанное в нестандартной для марша минорной манере, Агапкин повез на отзыв и последующую инструментовку известному оркестровщику Я.И. Богораду в Симферополь. Богорад принял самое деятельное участие в сочинении его недостающей части, помог записать клавир, сделал аранжировку, оркестровал марш и даже издал за свой счет 100 экземпляров «Прощания славянки» в симферопольской типографии, которые увез с собой Агапкин. Вместе они придумали и название марша. Может, сыграла свою роль и симферопольская речка Славянка, название которой так удачно совпало с идеей марша: женщина-славянка провожает любимого на войну.

Камешек в башмаке

Вот так выглядит симферопольский эпизод официальной истории «Прощания славянки». Но он как камешек в башмаке — и невелик вроде, а заставляет хромать всю историю. К примеру, зачем, собственно, Василий Иванович отправился из Тамбова в Симферополь? Все-таки, ни много ни мало, 1224 километра по железной дороге. Почему не подался в Москву, до которой всего 450 км, или в Харьков, до которого чуть больше 600 км? Почему, в конце концов, не обратился к коллеге-музыканту — капельмейстеру
7-го запасного кавалерийского полка Милову или к своему тамбовскому наставнику — преподавателю музыкального училища Федору Михайловичу Кадичеву, талантливому педагогу, который, несомненно, увидел бы погрешность в строении марша и подсказал, как его украсить? Биография Василия Агапкина известна достаточно подробно, но симферопольский эпизод «не отягощен» ни конкретными датами, ни даже временными промежутками (остается предполагать, что если поездка в то время и состоялась, то примерно с середины октября по конец ноября 1912 года). Еще один вопрос: откуда Агапкин вообще узнал о существовании симферопольского аранжировщика? Да, Богорад пользовался известностью на юге Российской империи, но он не был маститым, на всю страну знаменитым мэтром.
Много раз поминаемое издание Якова Богорада «Прощания славянки» не сохранилось. Исследователь М.Д. Черток упоминает: «Исследуя в Доме Пашкова РГБ в Москве труды Якова Богорада, мы не нашли никакого упоминания об Агапкине, хотя Богорад, будучи владельцем «Бюро инструментовки «Богорад и К°», тщательно записывал всех своих клиентов».
Можно предположить, что Богорад, пойдя навстречу молодому и небогатому коллеге, просто не зафиксировал его в качестве заказчика. Но до нас не дошел ни единый экземпляр этого самого первого, симферопольского издания. Многократно растиражированная в Интернете картинка, на которой печальная женщина склонила голову на грудь гусару, вдали виднеются горы, мимо марширует колонна солдат, — издание типографии Циммермана печатни В. Гроссе в Москве.

Пели призывники

Намного яснее и проще была бы история «Прощания славянки», не будь в ней симферопольского эпизода, рассказанного, если верить биографам, самим Василием Агапкиным и ни разу им самим не опровергнутого. Притом, что никакие документы, доказывающие не то что соавторство, но и помощь Якова Богорада, не сохранились. Как хотите, а за этим видится щепетильность и порядочность Василия Агапкина по отношению к человеку, который имел некие права на марш.
Из статьи в статью кочует утверждение, что за основу марша Василий Агапкин взял забытую солдатскую песню времен Русско-японской войны 1904 — 1905 гг. Текст песни приводит, например, российский музыковед Юрий
Бирюков:
Ах, зачем нас забрили в солдаты,
Угоняют на Дальний Восток?
Неужели я в том виноватый,
Что я вырос на лишний вершок?
Мелодия хорошо запоминалась, правда, текст, мягко говоря, никак не соответствовал тому настроению, которого добивались от солдат.
Произведение несколько раз упоминает писатель Александр Куприн как «песню, которую у нас в Балаклаве поют призывники». Текст ее он приводит в письме к Пятницкому от 27 октября 1904 г. Нужно отметить, что, кроме Крыма, в это время песня упоминается еще в дальневосточных сборниках фольклористики и… нигде больше. Получается, есть два очага ее распространения: Крым и Дальний Восток.
Больше века назад устному творчеству, и песням в том числе, требовались месяцы и годы, чтобы распространиться. И то большинство угасали еще в пути, оставаясь фольклором одного региона. Солдаты 51-го Литовского пехотного полка, участвовавшие в сражении, в октябре 1904 года еще не вернулись в Симферополь, они никак не могли привезти песню на полуостров. А ведь в это время она уже была популярной.

Крамольные версии

А дальше остается лишь строить версии. Самая смелая (и наверняка способная вызвать у многих неприятие и возмущение) — именно Якову Богораду принадлежит авторство той самой музыки. В 1904 году он устраивается на новое место службы, пишет, как минимум, два марша. Например, один для проводов войск (не обязательно на фронт, может, на учения), а второй для торжественных встреч (об этом речь пойдет дальше). Марш-прощание — «Славянка» — тут же завоевал любовь солдат, причем настолько, что они приладили к запоминающейся мелодии «страдательный» неуклюжий текст собственного сочинения. К тому же откровенно антивоенный. Песня выходит далеко за пределы солдатских казарм: она узнаваемая, легко запоминается… Мог ее тогда, в 1904 — 1905 годах, издать Яков Богорад?
Версия иная: Агапкин создал свою версию марша, в основу которого легла солдатская песня, и каким-то образом узнал о существовании еще одного его варианта, известного в Симферополе. Тогда тоже понятно, для чего ему необходимо было встречаться с Богорадом. Или никакой поездки вовсе не было, а между коллегами-музыкантами по этому поводу велась переписка, не дошедшая до нашего времени. Или такой, самый «крамольный» вариант: Богорад, знакомый с кем-то из ближнего круга Агапкина, предлагает тамбовскому коллеге издать под своим именем «Славянку».
У Якова Богорада, возможно, больше, чем у кого-либо, было возможностей издавать не только чужие, но и свои сочинения. Но, во-первых, сама процедура утверждения к исполнению маршей для военных оркестров была крайне сложной и косной. Во-вторых, это как раз то время, когда в русской армии ввели много новых ограничений для евреев. Выпустить в этот период сочинение, символизирующее своего рода славянское единение, было бы опрометчиво: как ни прискорбно это звучит сегодня, скандальнее фамилии Богорад на первой странице могла быть разве что фамилия Рабинович.

Автора, автора!

До революции был марш «Тоска по родине», намного опередивший «Славянку» в популярности, тоже минорный и… невероятно похожий. При прослушивании этих двух произведений одного за другим остается стойкое впечатление, что они части единого целого: марш-прощание и марш-встреча. При этом возраст «Тоски по родине» определяется более четко. На пластинках, выпущенных киевской фабрикой «Экстрафонъ», записи Русского народного хора под руководством А.А. Александрова и Русского хора Ф.П. Павлова он фигурирует по другим названием — «Марш «Варяга». В нем речь идет о событиях той же Русско-японской войны. Но кто же написал «Тоску по родине»? Автор этого марша доподлинно неизвестен! В разных изданиях и записях указывают разные же фамилии: Кроуп, Данкман, Флоров, Трифонов. Сейчас точно известно, что Ф. Кроуп был не композитором, а аранжировщиком, возможно, таковыми же были и другие «авторы»?
Известно старое нотное издание музыки марша (год, к сожалению, не проставлен), где указано: «Трифонов Д.М., Марш «Тоска по родине» (оригинал): Для ф.-п. в 2 руки, Симферополь: Богорад и К°». И вот снова привет из Симферополя! Одно из изданий марша украшено изображением сидящего солдата, опершегося на свое ружье, на его погонах цифра 51, обозначающая полк. Уж не 51-й ли Литовский пехотный? Трифонов получился загадочным композитором: написал потрясающий марш, который издал Богорад, и… больше ничего.
А вот теперь попробуем пролить свет на личность этого загадочного симферопольского гения. В Государственном архиве Крыма научный сотрудник Музея истории Симферополя Алексей Эйлер отыскал любопытнейший документ (фонд №26 канцелярии таврического генерал-губернатора, опись №3, дело №630). Это прошение, датированное 1907 г., в котором некий Яков Богорад просит дать разрешение на издание музыкального журнала «Партикулярный сборник военной музыки». Проживает проситель в Симферополе, на ул. Пушкинской, 6. К документу приложено свидетельство о благонадежности просителя, подписанное квартальным надзирателем… Д.М. Трифоновым. Мог ли Яков Богорад издать свой марш под псевдонимом, «пройдясь» заодно по квартальному надзирателю? Или, напротив, сделать ему любезность, записав в сочинители марша, в ответ на какую-то услугу с его стороны? Вероятно и то и другое.

Музыка скорби

Яков Богорад после революции стал педагогом Симферопольского музучилища. В каталоге Российской государственной библиотеки присутствуют названия 161 произведения, которые обработаны и изданы Яковом Богорадом: его оркестровки, аранжировки, 6 собственных сочинений… Это «Столетие Отечественной войны: торжественный марш и гимн для духового оркестра» (вероятно, выпущен в 1912 г.); произведение для духового оркестра «Восточная идиллия и танец» (датировки не имеет). А вот сборник из 20 революционных и народно-бытовых песен, хотя он также не датирован, скорее всего, вышел после 1917 года. Сохранились два издания увертюры «Царь-голод (1922 год)», одно из них выпущено в 1925 году. Это были заключенные в музыку воспоминания Якова Богорада о постигшей Крым в 1921 — 1923 годах трагедии. В 1926 году выпущены сочинение Богорада для духового оркестра «Песнь Шамиля» и его соло для кларнета «Азиатский чабан». Богорад вообще очень интересовался фольклорной музыкой, ему было интересно обрабатывать ее, делать ближе современному слушателю.
Были у Якова Богорада семья, работа, ученики, музыка. Его жизнь закончилась в декабре 1941 года. Мы не знаем, с какого из сборных пунктов для евреев отправился в свой последний путь композитор, которому тогда было 62 года. Не знаем, один ли он был там. Его сыну Семену к тому времени уже исполнилось 30, он мог иметь жену и детей. Был ли он в городе или на фронте, тоже неизвестно, но войну Семен не пережил. В Симферополе не осталось никого из родных Якова Богорада. Могилой талантливого музыканта и композитора, как и тысяч симферопольских евреев, стал противотанковый ров на 10-м километре феодосийского шоссе.
Автор благодарит за помощь симферопольский еврейский центр «Хесед-Шимон».

Фото: Рисунок «Оркестр пехотного полка», Николай Самокиш

комментариев:4   распечатать статью 

Еще в рубрике Жизнь:

 

«1К» подает в суд на городской совет Симферополя

[1K] Политика :: «1К» подает в суд на городской совет Симферополя Горсовет и исполком крымской столицы продолжают практику теневого распределения земли в Симферополе. Несмотря на вступивший в действие Закон Украины «О публичной информации», чиновники по-прежнему скрывают от общественности данные о том, кому и на...

Что спутниковое телевидение нам готовит в последнее время?

[1K] Соцзащита :: Что спутниковое телевидение нам готовит в последнее время? Еще пару десятков лет назад жители населенных пунктов, расположенных вдали от цивилизации, и мечтать не могли о качественном телевидении. Действительно, откуда ему было взяться в так называемых зонах неуверенного приема сигнала? В наши дни это...

Жилье в обмен на жизнь-2

[1K] Криминал :: Жилье в обмен на жизнь-2 В прошлом номере газеты мы начали рассказ о том, как в 2005 году в Крыму на ЮБК некий Владимир Л., по кличке Лука, создал ОПГ черных риэлтеров. Первой жертвой бандитов стал житель Ялты — люди Луки похитили его и заставили отдать две квартиры....

Александр Чабанов: «Землю в первую очередь должно скупать государство»

[1K] Инфраструктура :: Александр Чабанов: «Землю в первую очередь должно скупать государство» В конце июня Кабмин утвердил новый вариант законопроекта «О рынке земли», который должен пройти утверждение в украинском парламенте. О том, какие изменения он претерпел, и о перспективах развития земельной сферы Крыма «1К» беседует с председателем...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • Милицию ждут кадровые сокращения на фоне роста преступности
  • Крымский медиа-рынок лихорадит
  • ОПГ Луки: жилье в обмен на жизнь
  • Украина будет продавать свой газ полякам. А украинцам — дорогой российский
  • Лучшие друзья девушек — бриллианты
  • Гроза после бури
  • Вегетарианцы поневоле
  • А-ля Труффальдино
  • Нелегкая судьба актрисы Валентины Малявиной
  • Альберт Эйнштейн: гений или злодей?
  • Опасные страсти по загару
  • За первого ребенка дадут 25 тысяч гривен
  • «Жаба» на коне, а избы горят и горят
  • Подешевеют ли в этом году продукты?
  • От будущих первоклассников не должны требовать умения читать и писать
  •  
    Яндекс.Метрика