Категории
 
архив
 
34 < 35 > 36



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Мелодии «Красного оркестра»

/ВЛАДИМИР ДЖАРАЛЛА /

[1K] Среда обитания :: Мелодии «Красного оркестра»Как известно из кинофильмов, контрразведчики называют радистов «пианистами». Группу, имеющую несколько передатчиков, на которых работают разные радисты, называют «капеллой», или «оркестром». Ну а резидента, руководителя сети — «дирижером». Сразу после нападения Германии на СССР с ее территории и территории оккупированных стран заработали десятки радиопередатчиков. Пеленг показал направление их работы — Москва. Поэтому они были названы «Красной капеллой». Кто же скрывался за этими сигналами?

Этими людьми были антифашисты и нелегалы разведки.
Арвид Харнак. Родился в 1901 году в обычной немецкой семье. Получил соответствующее воспитание. Поражение страны в 1918 году, революция, несправедливый мир, экономическая катастрофа заставили его взглянуть на мир иначе. Арвид занялся саморазвитием. Получил юридическое, экономическое, философское образование. Учился и стажировался в Германии, Англии, Америке. Вернувшись в 30-х годах в Германию, получил место в министерстве экономики. Внутренняя политика нацистов, диктаторская, авторитарная, стремление контролировать все сферы жизни граждан вызывали у Харнака полное неприятие. В созданном им Союзе работников умственного труда, не запрещенном нацистами, Харнак создал группу единомышленников-антифашистов. Однако он стремился к активной борьбе. Так пришла мысль о сотрудничестве с советской разведкой.
Харо Шульце-Бойзен. Родился в 1909 году. Семья принадлежала к военной аристократии, он приходился внучатым племянником Тирпицу. В юности Харо активно занимался общественной деятельностью. Штурмовики разгромили газету, которую он издавал с другом. Друг редактор был убит у него на глазах. Его самого подвергли пыткам, спасли лишь связи семьи. Пережитое сделало Харо непримиримым врагом фашизма. Он стал военным летчиком, устроился в министерство авиации. Через Харнака вступил в сотрудничество с советской внешней разведкой. Создал свою антифашистскую группу, привлек к сотрудничеству начальника контрразведки немецкой авиации.
Советские кураторы присвоили Харнаку оперативный псевдоним Корсиканец, Щульце-Бойзену — Старшина. Все попытки уговорить Корсиканца и Старшину в целях безопасности свернуть антифашистскую группу наталкивались на твердый отказ. И тот и другой рассматривали свое сотрудничество с разведкой как часть борьбы против нацизма, за свободную Германию. С этим пришлось смириться, информация, поставляемая ими, была исключительно важна, она позволяла получить представление о всем экономическом потенциале Германии. Но были и другие источники.
Высшим пилотажем разведки считается заполучить агента в спецслужбе противника. Советской внешней разведке это удалось. Его звали Вилли Леман (оперативный псевдоним Брайтенбах). Он был инициативщиком. Так называют тех, кто сам идет на сотрудничество. Мотивы его поступка до сих пор неясны. Это не деньги. Он получал их время от времени, но и разведчики, и сам Леман знали, что его информация стоит намного дороже. Скорее, как протестант, он считал, что любая работа должна оплачиваться. В 1904 году, служа матросом на военном корабле, он стал свидетелем боя «Варяга» с японцами и сохранил с тех пор уважение к русским. Потом служил в полиции, стал контрразведчиком. После прихода нацистов к власти был приглашен на работу в центральный аппарат гестапо. Именно тогда стал сотрудничать с советской разведкой. По словам многих исследователей, это был единственный советский агент в гестапо. Писатель Ю. Семенов сделал его прообразом Исаева-Штирлица.
Связь с берлинским агентом поддерживалась через советское посольство. Это называется легальной резидентурой. Коллеги — военные разведчики — главную ставку сделали на нелегальную сеть. Задача более сложная, но в условиях войны более перспективная.

Великие нелегалы

В Париже была открыта фирма «Симекс». Во главе ее стоял Жан Жильбер, он же Отто, он же Леопольд Треппер. Судьба его весьма интересна. В молодости сражался в Палестине с англичанами за создание еврейского государства. Затем прибыл в Москву, стал работником Ком-
интерна. Вскоре начал работать на военную разведку. Его заместителем по нелегальной сети стал Винсенте Сьерра, он же Кент, он же Анатолий Гуревич. По паспорту гражданина Уругвая, страны нейтральной и далекой, он свободно перемещался по Европе, занимаясь успешно бизнесом и нелегальной работой. Кент и Отто завербовали, по некоторым данным, несколько десятков агентов, а информацию передавали чуть ли не от 300. В Швейцарии действовал Шандор Радо, он же Альберт, он же Дора. Глава издательства «Геопресс», он постепенно создал свою сеть, имея возможность без особых помех передавать информацию из нейтральной Швейцарии.
Эти люди и множество других передавали в Москву информацию такого качества и в таком объеме, о которых нельзя было и мечтать. Но удар был нанесен с неожиданной стороны. Репрессии. Ущерб, нанесенный разведке, был страшен. В некоторых отделах не осталось ни одного человека. С января 1939 года связь с берлинской группой прекратилась. Пришедший на смену Ежову Берия занялся восстановлением разрушенной системы. В сентябре 1940 года в Берлин прибыл новый резидент — Амаяк Кобулов. Глупый самодур, он получил это место благодаря брату Богдану, ближайшему помощнику Берии. Новый руководитель в своей работе ничего не смыслил. Поэтому, чтобы дело не страдало, ему назначили заместителя, опытного сотрудника, который и делал всю работу. Его звали Алексей Коротков. Не раз выполняя задания за рубежом, он был в 1938 году отстранен от работы. Тогда Коротков сделал смелый и неожиданный шаг: написал письмо Сталину, требуя или вернуть его на службу, или предать суду. Его вызвали к Берии. Нарком давил, но разведчик не дрогнул. Это понравилось, Короткова вернули к оперативной деятельности. Именно он восстановил прежние связи. Аналогично развивалась ситуация с Отто, Кентом, Дорой. Вся информация, идущая от них, свидетельствовала — Германия готовится к войне. А Сталин не верил. Говорят: «Спецслужба лучше всего работает тогда, когда знает, чего хочет начальство». Кобулов завербовал агента. Уже после войны выяснилось, что он был двойником гестапо. Через него шла информация, что Германии нужен мир с СССР, и это докладывали Сталину. Руководители разведки не выдерживали и докладывали правду. Но тогда Сталин вызывал их к себе и прямо спрашивал, готовится ли Германия напасть на СССР? Они молчали, каждый помнил о репрессированных предшественниках. Сталин лишь убеждался в своей правоте. 22 июня 1941 года истина стала ясна всем.

Схватка с врагом

Сразу после нападения Германии на СССР по всей Европе заработало множество радиопередатчиков. Немцы перехватили множество сообщений, но расшифровать их не могли. По приказу Гитлера Гиммлер созвал совещание, в котором участвовали начальник службы радиошпионажа генерал Тиле, шефы абвера — адмирал Канарис, гестапо — Мюллер, разведки — Шелленберг. Все расследования были объединены в одно, создана спецкоманда. Ее начальником стал оберштурмбанфюрер СС Фридрих Панцингер, а назвали спецкоманду «Роте Капелле». Было два отделения: берлинское, под командованием гауптштурмфюрера Копкофа, и «кочующее», в Бельгии, потом во Франции, под командованием гауптштурмфюрера Панвица. Именно в Бельгии был достигнут первый результат. Радиоперехват установил, что в Брюсселе работает самая мощная и активная станция. Отто и Кент собирали так много информации, что передавали ее почти потоком. Немцы вычислили передатчики оригинально. Его мощность говорила о том, что от батарей он не работает. Поэтому во время его работы они последовательно обесточивали район за районом, обнаружив нужный. Вычислив дом, группа захвата, надев носки поверх обуви, чтобы не шуметь, ворвалась во время сеанса. Оказалось, в доме, нарушая конспирацию, жили радист и шифровальщица. Более того, через несколько минут туда пришел сам Треппер. Но держался он нагло и уверенно. Проверив документы, его отпустили. Ущерб был громадным. Полученная информация позволила расшифровать прежние радиограммы.
Так была провалена берлинская группа.
Оказалось, внешняя разведка дала слабый передатчик. Обратились за помощью к военным коллегам, дали подлинные адреса. В марте 1942 года Кент встретился со Старшиной, и тот сообщил важнейшую информацию о летнем наступлении на Кавказ и Сталинград. Теперь гестапо узнало все. Последовали массовые аресты. Когда Гитлеру доложили о деле, он в ярости потребовал казнить как можно больше арестованных. Харнак, Шульце-Бойзен и еще 47 человек были казнены, 77 брошены в концлагеря. Захваченные передатчики и некоторые из радистов были использованы в игре с Москвой. Она прислала двух связников. Один погиб, другой согласился сотрудничать. Во время первого сеанса передал сигнал работы под контролем, но его не заметили, прислали позднее адрес конспиративной квартиры Лемана. Когда Мюллер узнал об этом, он сделал все, чтобы сохранить тайну. Лемана внезапно вызвали на работу, и он исчез. Его друг потом рассказал жене, что Лемана тайно убили в тюрьме через два дня без суда и следствия. Подробности не удалось узнать даже после войны. Успех продолжал сопутствовать гестапо. Оказалось, у Кента была любимая женщина — Маргарита Берч. Ее арестовали. Кент сдался сам и в обмен на гарантии безопасности согласился на работу под контролем. Требовал для достоверности передавать больше подлинной информации. Долго охотились за Треппером. Он постарался уменьшить нанесенный ущерб, открыл новый передатчик в Марселе. С трудом, через «подставу», Треппера поймали в Париже. Он также согласился на радиоигру, но в сентябре 1943 года внезапно бежал от Панвица. Громадную роль играл Дора. У него оказался исключительно важный источник Люци, он же Рудольф Расслер. Будучи информатором швейцарской полиции, он стал сотрудничать с англичанами и американцами, затем с русскими. Его информация была из самого немецкого генштаба и подлинной. Долго было неизвестно, как он ее получал, некоторые считали его чуть ли не великим разведчиком. Секрет раскрыл в мемуарах П. Судоплатов: англичане. Они получили немецкие шифры и читали важнейшие сообщения. Многие были о Восточном фронте. Свой секрет англичане берегли, но помочь союзнику решили через двойного агента. Англичане не знали, что в их радиоцентре работает советский агент Джон Кенкросс. Так советские разведчики получали информацию сразу из двух источников. Сеть Доры по требованию Шелленберга швейцарцы ликвидировали только в конце 1943 года. Советское руководство уже поняло ситуацию, работа с проваленными станциями либо прекратилась, либо велась сложная игра.

После войны

Война заканчивалась, поражение Германии было очевидным. Многие из прежних палачей стали испытывать страх. Гуревич (Кент) видел это по Панвицу. И тогда он сделал невероятное: арестант перевербовал своего палача. Теперь работа на Москву была другая, помогали французскому Сопротивлению. Там же, в Сопротивлении, были Радо и Треппер. После войны всех их доставили в Москву, обвинили в предательстве, судили. Выпустили лишь после смерти Сталина и Берии. Ветераны Коминтерна заступились за Радо и Треппера, их реабилитировали. Радо вернулся на родину, в Венгрию. Треппер уехал в Израиль, потом в Европу. Оба выпустили книги. Гуревич оставался с клеймом предателя до 1991 года, когда его реабилитировали. Маргариту он больше так и не увидел, с сыном смог встретиться лишь в середине 90-х годов. Панвиц, Панцингер, Копкоф отсидев недолго в тюрьме, спокойно жили в ФРГ, сотрудничая со спецслужбами.
История «Красной капеллы» стала самой известной историей о советской разведке на Западе. Любопытный факт: некоторые немцы неоднозначно относятся к ее участникам, осуждая сотрудничество с врагом. Но известно: ни один из тех, кого за косвенную вину послали на фронт, добровольно в плен не сдался. Они были против фашизма, но не Германии. Иногда ради своей страны нужно быть против нее.

комментариев:0   распечатать статью 

Еще в рубрике Среда обитания:

 

Сергей Кивалов: «Самая большая проблема — составление списков избирателей»

[1K] Политика :: Сергей Кивалов: «Самая большая проблема — составление списков избирателей» Недавно Леонид Кучма подписал одобренный Верховной Радой в конце июня Закон «О Центральной избирательной комиссии». Таким образом, центральный избирательный орган страны обрел завершенный юридический и политический статус. Влияние ЦИК на...

Виктор Сидоренко: «Все наши проверки в 96 случаях из 100 заканчиваются штрафными санкциями»

[1K] Соцзащита :: Виктор Сидоренко: «Все наши проверки в 96 случаях из 100 заканчиваются штрафными санкциями» Мы даже не подозреваем, сколько раз в день нас пытаются обмануть. Нас обвешивают продавцы — и не только на рынке, но и в супермаркетах. Нам недоливают бензин на автозаправках или наливают вообще неизвестную жидкость. Нам продают просроченный или...

Крымские страсти по воде

[1K] Инфраструктура :: Крымские страсти по воде «Вода — это не источник жизни, а сама жизнь», — писал Экзюпери. В Крыму осознаешь правоту великого француза особенно остро. Сейчас в связи с ухудшением качества воды и ростом населения проблема водоснабжение юга страны приобретает глобальные...

Лукашенко готов остаться. Если его попросят

[1K] Политика :: Лукашенко готов остаться. Если его попросят Тема «быть или не быть третьему сроку Александра Лукашенко», которая в последнее время не сходит со страниц как белорусских, так и российских газет, приобрела вполне конкретные очертания. 20 июля на пресс-конференции в Минске (с участием местных...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • Голышом на пляже? Не рискуйте!
  • Одесский авторитет по кличке Ангел
  • Физалис земляничный — чудо-ягода
  • Средство от растяжек
  • Прополис при гастрите и язве
  • В секте теряют жизнь, рассудок, родных
  • Подарок для новорожденного
  • О болезнях организма расскажут ваши… зубы
  • Преимущества и правила мульчирования
  • Огурцы «бочковые»
  • Летняя прививка крыжовника
  • Капуста — целебный кладезь витаминов и минералов
  • Чтобы не стареть, нужно учить второй язык
  • Директора интерната обвиняют в насилии над детьми
  • Симферополь покупает в школы устаревшие компьютеры
  •  
    Яндекс.Метрика