Категории
 
архив
 
263 < 264 > 265



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Партизанские были. Три истории о любви

/ВЛАДИМИР ПОЛЯКОВ, кандидат исторических наук/

[1K] Среда обитания :: Партизанские были. Три истории о любвиМне довелось читать наградной лист на медсестру 18-го отряда Веру Кудряшову, которая представлялась командованием Северного соединения к награждению партизанской медалью «за спасение жизни командира отряда». Сообщалось, что в течении десяти суток отважная девушка одна находилась с ним в зимнем лесу, неизвестно чем кормила, как согревала, но, тем не менее, выходила и вынесла в расположение партизан. Не сообщалось в документе лишь о том, что, оказывается, она его любила.

В канун самого весеннего из всех праздников не принято вспоминать о грустном: голоде, страданиях, войне.
Но любовь — суть любой женщины — всегда рядом с ней. И даже на войне.

Крымский октябрь 1942 года. Фронт откатился далеко на восток, и весь опыт партизанской жизни, а это ровно год беспримерной борьбы в горах, убеждал в самом страшном: вторую зиму отрядам не пережить. В этих непростых условиях было принято решение: оказавшихся в лесу профессиональных военных вывезти самолетами, подводными лодками, катерами на Большую землю. Значительную часть партизан — несколько сот человек из числа местных жителей — отправить в села на так называемую подпольную работу, а фактически на верную смерть. Внешний вид этих людей, исходящий от них запах костра, неизменного спутника партизан, многомесячное отсутствие бани — все это сразу выдавало партизана, с которыми оккупанты поступали предельно просто: короткий допрос и тут же расстрел. Причем абсолютно не играло роли то, был ли человек с оружием в руках или без; в военной ли он форме или в обычной крестьянской одежде. Даже то, был ли он мужчиной или женщиной, подростком или стариком, не имело никакого значения: исходивший от людей запах костра был для всех них приговором — окончательным и беспощадным.

Спасенная невеста

Лейтенант Федор Федоренко, вопреки общим настроениям, принял нелегкое решение остаться в лесу и на следующую зиму. Да, не было продуктов, теплой одежды, не хватало оружия, но зато появилось то, что дорогого стоит: годичный опыт партизанской войны, знание местности, понимание тактики врага, осознание своей роли в этой борьбе. Грустно сказать, но он оставался в лесу единственным командиром отряда, который провел целый год в этой нелегкой ипостаси. Все остальные либо уже убыли в Сочи, либо на его глазах усаживались в последний самолет, улетающий на Большую землю.
От невеселых мыслей Федора отвлек крик немолодого партизана, который высунулся из люка самолета и звал какую-то Надю. Это был уже бывший командир Старокрымского партизанского отряда, а до войны управляющий лесхозом. Он умолял посадить в самолет и его дочь, стоявшую неподалеку. Но командовавший посадкой был неумолим — самолетами эвакуируется только командный состав, все остальные отправляются на подпольную работу.
Федоренко смотрел на девушку, на ее исхудавшее лицо, на котором светились огромные глаза, и как по наитию вдруг поднял ее на руки и внес в самолет. Перечить ему, остающемуся в тылу командиру отряда, не посмел никто!
Вскоре после войны выпускник военной академии майор Федоренко приехал в Крым повидать старых друзей. Его — партизанского комбрига, человека, который провоевал в лесу с ноября 1941 г. по апрель 1944 г., — везде встречали как дорогого гостя. Каким-то образом он попал на встречу со студентами мединститута, и тут ему на шею бросилась незнакомая студентка. Только вглядевшись в ее глаза, Федоренко понял, что это та самая девчушка с партизанского аэродрома.
Через несколько дней Федор Федоренко и Надя Водопьянова сыграли свадьбу.

Медаль за мужа

В октябре 1941 года студентка Крымского мединститута Вера Кудряшова отказалась от эвакуации в неведомый Армавир и осталась с родителями в оккупированном Симферополе. Со временем стала подпольщицей, а осенью 1943-го, когда над организацией нависла угроза провала, получила приказ уйти к партизанам. В те дни в лес люди шли целыми селами. Отряды возникали как грибы после дождя. В один из них — 18-й отряд 1-й бригады, которой командовал уже знакомый нам Федор Федоренко, — девушку и определили медсестрой. Очень скоро командир отряда Саша Ваднев (настоящее имя этого одного из самых прославленных крымских партизан Алексей) обратил внимание на красивый почерк девушки и стал привлекать ее в качестве писаря в штабе отряда. Как потом выяснилось, ему понравился в Вере не только почерк. Да что там говорить: если ранее в партизанском лесу свистели только пули да снаряды, то с приходом в отряды большого числа девушек здесь засвистели и стрелы Амура. Видит Бог, Вера, которой лейтенант тоже пришелся по сердцу, не давала ему ни малейшего повода в этом убедиться. И потому, когда всего через полтора месяца пребывания в лесу командир ее отряда Саша Ваднев вдруг объявил ей, что говорил с командиром бригады и он разрешил им пожениться, она опешила. «А меня ты об этом спросил?» — изумилась Вера. «А разве ты против?» — в свою очередь, удивился Ваднев.
Так случилось, что уже на следующий день начались тяжелые бои. Каратели бросили против находящихся в зуйских лесах партизан огромные силы. Обычная тактика партизан — стремительный отход и прорыв в самом неожиданном месте — была невозможна из-за того, что отряды обросли огромным гражданским лагерем. Несколько дней отбивались на подступах к Яман-Ташу, но уже к 3 января 1944 года командование принимает страшное, но в тех условиях единственно возможное решение: отряды как боевые единицы временно прекращают свою деятельность, а партизаны группами по 2 — 3 человека уходят сквозь цепи атакующих в самых разных направлениях с тем, чтобы через десять суток вновь собраться на Яман-Таше. Оставалось, правда, два «но» — это брошенные на произвол судьбы гражданские лагеря да еще партизанский госпиталь, который сильно пополнился в период боев на Яман-Таше. Так получилось, что среди раненых оказался и командир 18-го отряда лейтенант Ваднев.
Его должны были оставить в зимнем холодном лесу на неминуемую гибель. И наверное, так бы оно и произошло, если бы не два человека: боец Иван Щербина и медсестра Вера, которые и попытались вынести своего командира. Все ближе раздавались шаги карателей, еще несколько минут — и их неминуемо настигли бы. Понимая это, Ваднев приказал своим спасителям закидать его листвой, а самим уходить, так как у них еще был шанс остаться в живых. Надя отказалась выполнить приказ, прекрасно понимая, что, даже если раненого командира не заметят каратели, он, оставшись один без помощи, будет обречен на смерть. Тогда Щербина закидал их обоих листвой и ушел. Ваднев взял пистолет в здоровую левую руку (правая была прострелена) и предупредил девушку: если каратели их обнаружат, он живым не сдастся и застрелится. «Только сначала застрелите меня», — попросила Вера. «Нет, — твердо сказал Ваднев. — Я этого никогда не сделаю». Вскоре спор пришлось прекратить, так как появились каратели. Свою боевую точку они установили буквально над прятавшимися в листве Алексеем и Верой, и горячие гильзы от немецкого пулемета падали им на лица.
В своем укрытии Алексей и Вера пролежали трое суток.
В кармане у командира оказался шоколадный батончик, который он накануне боев забрал у убитого румынского офицера. Решили съедать по дольке шоколада в день. А потом Вере удалось незамеченной вылезти наружу и сходить к
Бурульче за водой. Но оставаться здесь дальше значило просто умереть от голода, поэтому решили уходить.
Алексей был в бурке, подаренной его другом Октябрем Козиным, и именно она стала помощником Веры: ухватившись за край бурки, девушка тащила раненого командира. В один из дней медсестра вытащила Ваднева на склон горы. Неожиданно появился немецкий самолет, да так низко, что Вера увидела лицо летчика. Он обстрелял их, но не попал. На следующий день Ваднев попросил тащить его назад, в Васильковскую балку, так как, по его мнению, именно там будут искать их партизаны. Так оно и было.
Более полувека спустя мне довелось читать наградной лист медсестры 18-го отряда Веры Кудряшовой, которая представлялась командованием Северного соединения к награждению партизанской медалью за спасение жизни командира отряда. Сообщалось, что в течение десяти суток отважная девушка одна находилась с ним в зимнем лесу, неизвестно чем кормила, как согревала, но тем не менее выходила и вынесла в расположение партизан. Не сообщалось в документе лишь о том, что она его любила. Потом долгие годы в семье Вадневых со смехом вспоминали тот приказ по бригаде, который разрешал им пожениться.

От судьбы не уйдешь

Так уж случилось, что войну Нури Халилов начал в самом Бресте. Сначала отступал с небольшой группой на восток, а когда стало ясно, что фронт им не догнать, повернул на юг. Едва ли не в каждом белорусском, а потом и украинском селе, где им доводилось ночевать, хозяин или хозяйка на выбор предлагали остаться и взять в жены какую-нибудь из дочерей. И хотя все девушки были как на подбор, Нури все же находил в себе силы сказать «нет» и вновь продолжал свой путь. Потом, когда судьба уготовила ему и плен, и лагерь, он каждый раз с грустью вспоминал о своих отказах, но от судьбы, как говорится, не уйдешь.
Было очень обидно осознавать, что в руки полиции, а затем и в лагерь военнопленных он угодил уже в Крыму, под самым Армянском. Отправили его в большой пересыльный лагерь в Николаев, а вот там судьба смилостивилась над ним. Однажды всех пленных крымских татар собрали вместе. Перед ними выступил приехавший специально из Крыма представитель какого-то мусульманского комитета и пообещал всех военнопленных крымских татар вернуть на родину. Так, в конце 1942 года с «чистыми документами», в которых значилось «отпущен из плена», Нури вернулся в родное село Суюн-Аджи.
Поскольку у него было высшее образование, о чем в селе знал каждый (до войны он успел окончить Симферопольский пединститут), то его тут же взяли в контору писарем. Уже через неделю Нури связался с партизанами и запросился в лес, но там строго ответили, что в деревне он пока нужнее. С тех пор Нури поддерживал с лесом постоянную связь, передавал сведения, а самое главное — продукты.
А в октябре 1943 года все жители Суюн-Аджи ушли в партизаны.
Когда бои за Яман-Таш перешли в заключительную фазу и командование решило временно расформировать отряды, рядовым бойцам приказали: «Расходитесь малыми группами. Найдите врага, убейте его и убегайте. Ищите другого, дайте бой и снова убегайте». Общий сбор был назначен на 12 января вновь на Яман-Таше.
В группу Нури Халилова вошли он сам, его младшая сестра Сабрие, младший брат Якуб, соседский парень Петя и подружка сестры Эльзаде.
В один из дней в небе появился советский самолет. Он сбросил гондолу. Парашют повис неподалеку на дереве. Нури решил дождаться утра, но на рассвете там появилась группа румын. Восемь солдат сняли парашют и разрезали гондолу. Все они скучились, разбирая содержимое небесного подарка. Нури ползком подобрался поближе и бросил несколько гранат.
Вскоре произошла еще одна встреча с румынами. Неподалеку от деревни Чуюнча группа партизан спряталась у треугольника дорог в густом дубовом кустарнике. Румыны гнали захваченных в плен членов партизанских семей. У треугольника сделали привал, люди стали справлять нужду и писать… прямо на спрятавшихся партизан. Они лежали, не дыша, и терпели…
«На перекрестке дорог стоял крупнокалиберный пулемет. Он частенько строчил без адреса, в небо пускали светящиеся ракеты. На наш треугольник солдаты не обратили никакого внимания. Когда стемнело, мы подползли ближе к посту и открыли по палатке автоматный огонь, бросили две последние гранаты. Только 8 января, когда каратели покинули лес, мы наконец вернулись на Яман-Таш». Всю эту историю я прочитал в предоставленных мне воспоминаниях Нури-ага, но когда оказался в его гостеприимном доме, то уже упоминавшаяся в воспоминаниях подруга сестры Эльзаде дополнила их неожиданными деталями.
Десять суток без еды, десять суток скитания по горам вконец лишили ее сил, и настал момент, когда она взмолилась оставить ее здесь, на берегу Бурульчи, и дать спокойно умереть. И тогда Нури посмотрел девушке в глаза и спокойным, но твердым голосом сказал, что Эльзаде проживет долгую жизнь, а когда кончится война, он… женится на ней, она родит ему детей и будут они жить долго и счастливо до глубокой старости.
Семнадцатилетняя Эльзаде, которая никогда и не думала о Нури Халилове как о потенциальном женихе, слушала как зачарованная, и, когда он протянул руку, чтобы она встала и вновь продолжила путь, откуда только появились силы — она встала и пошла.
Я с изумлением слушал рассказ Эльзаде-ханум, а потом с укором обратился к Нури-ага: почему же в его воспоминаниях об этом нет ни слова? Нури-ага с доброй улыбкой поглядел на жену: «Забыл, наверное». Вот какие они, мужчины!

фото: Вера и Алексей Вадневы

комментариев:0   распечатать статью 

Еще в рубрике Среда обитания:

 

США готовят коммунистам полуострова PR-подарок

[1K] Политика :: США готовят коммунистам полуострова PR-подарок Лидер фракции «Коммунисты» в крымском парламенте Вячеслав Захаров заявил, что консульство США в Симферополе его единомышленники …снесут. «Мы не допустим открытия американского поста присутствия в Крыму, - заявил Захаров на заседании президиума ВР...

Глобальная перезагрузка власти

[1K] Политика :: Глобальная перезагрузка власти Украина вступает в период подготовки к тотальной смене власти. На текущей сессионной неделе депутаты должны рассмотреть проект постановления о проведении президентских выборов. Согласованный парламентскими фракциями документ назначает их на 17...

В Бахчисарае бывший муж задушил жену за отказ вернуться в семью

[1K] Криминал :: В Бахчисарае бывший муж задушил жену за отказ вернуться в семью Жестокое преступление на днях было совершено в Бахчисарае. Все началось с того, что утром 27 марта на пустыре возле одного из городских предприятий был обнаружен труп молодой женщины. Об этом в милицию сообщили местные жители. Прибывшие на место...

Женщина ищет своих детей, от которых когда-то отказалась

[1K] Жизнь :: Женщина ищет своих детей, от которых когда-то отказалась Она любит вспоминать, какой красавицей была в молодости, и охотно вынимает несколько фотографий, чудом уцелевших при всех ее переездах. На снимках она — яркая, улыбчивая, даже не сразу замечаешь на двух карточках прильнувших к ее плечу мальчика и...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • Мочекаменная болезнь
  • Личная жизнь Гарика Харламова
  • «Оскар-2009»: миллионер —из трущоб, декорации — картонные
  • Трое убийц-«башмаков», которых никто не ищет
  • Коллекторы не имеют права выбивать долги из должников
  • Работа есть! В Крыму требуются токари, медработники, водители, садоводы
  • Грач уходит в партизаны
  • Лимон не любит хлеб и кашу
  • «Сибирский цирюльник» не роскошь, а средство передвижения
  • В Москве задержан криминальный авторитет Биря
  • Тема номера: Жертва «Беркута»
  • Цыганские страсти на украинском канале
  • Котельные переведут на… солому
  • «Прощай, Фемида, я ушел...»
  • Зарабатывать на подержанных иномарках станет сложнее
  •  
    Яндекс.Метрика