Если переиначить известную фразу, то 18 мая в Крыму прошло по
принципу «хотели как хуже, а получилось, как всегда». Не было ни взрывов, ни
отрядов УНА-УНСО, ни поездов со скинхедами-россиянами. Даже памятник Ленину
остался на прежнем месте, хотя коммунисты очень усердно «подсказывали» крымским
татарам, что его нужно снести.
Меры безопасности
Был многотысячный митинг (по разным оценкам, в нем приняли
участие от 20 до 25 тысяч человек), было молчаливое, без традиционного
скандирования «Аллах акбар» шествие по улицам столицы автономии, были 47
траурных мероприятий в 21 населенном пункте полуострова, и было огромное
количество милиции — почти 6 тысяч человек. Еще был страх, что случится
какая-нибудь провокация, о чем много говорили в канун дня депортации.
18 мая были предприняты беспрецедентные меры по соблюдению
порядка. До 18.00 в Симферополе была запрещена продажа спиртных напитков, многие
магазины в центре города вообще не работали, а по ходу следования колонн
демонстрантов были негласно закрыты все школы — учителя просто советовали своим
ученикам не приходить на занятия. Об огромном количестве правоохранителей во
всех дворах и говорить не приходится — от них просто рябило в глазах. Правда,
чтобы не раздражать без нужды пришедших на митинг, в оцепление вокруг площади
Ленина поставили только милиционеров — крымских татар.
Кстати, о милиции. 17 мая министр ВД Украины своим приказом
повысил статус отдела по координации деятельности отдела внутренних дел в сфере
межнациональных отношений ГУ МВД Украины в Крыму, преобразовав его в
соответствующее управление, возглавлять которое будет по-прежнему Рефат
Кенжалиев.
Старые новые требования
Вообще в эти дни в стране и в Крыму крымским татарам уделяли
столько внимания, будто они именинники. И сравнение это уместно, потому что
государство делало пострадавшему народу только традиционные «праздничные»
подарки с открытием памятников, домов и газопроводов. Зато самого ожидаемого
репатриантами события, которое должно было стать первым шагом в ликвидации
последствий трагедии, перенесенной депортированными, не произошло. Речь идет о
законе о восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку,
который не смогла принять 18 мая Верховная Рада, не набрав для этого всего лишь
8 необходимых голосов. Интересный факт: за закон проголосовали некоторые
коммунисты, к примеру, Леонид Грач, зато его саботировала фракция «Регионы
Украины» — партия, чей лидер Виктор Янукович, выступая 17 мая в Симферополе на
торжественном траурном заседании, много говорил о необходимости этого закона.
Законопроект, который на самом деле представляет собой лишь
декларацию о необходимости восстановления прав депортированных, отправлен
украинским парламентом на повторное чтение. Это решение было критически
воспринято и руководством автономии, и лидерами меджлиса. Некоторые политологи
сразу сделали вывод о том, что теперь нужно ожидать ужесточения требований
крымских татар по отношению к государству. Впрочем, их митинг в день траура
сразу опроверг это утверждение.
Требования крымских татар, высказанные 18 мая, практически те
же самые, что были и несколько лет назад: эффективное представительство в
органах власти, наделение землей, восстановление национальной автономии. Правда,
сегодня они наполнены большей конкретикой. В числе самых актуальных для крымских
татар вопросов, указанных в заявлении, принятом участниками митинга, — закон «О
статусе крымскотатарского народа», предусматривающий реализацию им своего права
на самоопределение; объявление моратория на выделение земли на ЮБК и
одновременно решение этой проблемы для репатриантов; равноправное использование
крымскотатарского языка на территории Крыма наряду с украинским и русским;
выделение земли под строительство соборной мечети в Симферополе и т. д.
Конечно, это опять вызовет массу раздраженных комментариев
некоторых политиков, особенно в отношении крымскотатарской национальной
автономии. Мустафа Джемилев, предвидя это, сразу объяснил в интервью журналистам
позицию меджлиса по этому «больному» вопросу: «Речь идет о том, чтобы в этой
республике были гарантированы и обеспечены законные права крымскотатарского
народа как коренного народа. Это значит функциони-
рование языка, обеспечение адекватного представительства в
органах власти и весь комплекс вопросов, направленных на то, чтобы
крымскотатарский народ был уверен, что его права будут защищены и что он может
рассчитывать на то, что сохранится на этой земле как самобытный этнос… Речь идет
о гарантиях защиты коренного народа, о том, чтобы он не исчез, потому что за
пределами Крыма у крымских татар нет другой родины, в отличие, к примеру, от
россиян, армян
и т.д.» Председатель меджлиса также подчеркнул, что крымские
татары понимают, что сразу такие серьезные вопросы не решаются, и поэтому
намерены идти к восстановлению своей государственности в рамках Украины
эволюционным путем.
Меджлис объявил тендер на нового президента
От любых событий, в которых участвуют большие группы крымских
татар, на полуострове уже по традиции ожидают озвучивания каких-либо новых
поворотов во «внутренней» политике меджлиса. Эти ожидания подтвердились и на
нынешних траурных мероприятиях, проходивших в год президентских выборов. Тот,
кто внимательно слушал на митинге выступление Джемилева, должен был отметить
один интересный пассаж. Председатель меджлиса (органа, который все последние
годы выступал на стороне Руха и «Нашей Украины»), избранный депутатом в ВР
Украины по списку блока Ющенко, казалось бы, должен был призвать
соотечественников голосовать именно за этого кандидата в президенты. Вместо
этого Джемилев заявил: «В августе или сентябре этого года соберется специальная
сессия курултая крымскотатарского народа, чтобы определить позицию крымских
татар на этих выборах и вынести по этому вопросу свое решение. До этого будут
изучены программы всех кандидатов и проведены соответствующие переговоры».
Так что меджлис уже объявил тендер для кандидатов в
президенты, вызвав сомнения по поводу прочности своей репутации надежного
политического партнера. То, что этот тендер выиграет Ющенко, теперь уже не
гарантия.