18 мая, как зеркало национального движения крымских татар. Эта
фраза накануне 64-й годовщины депортации, как избитый штамп, так и просится в
заголовок. Пока еще пишутся речи и шлифуется резолюция главного митинга года,
оппозиция меджлиса во весь голос заявляет о кризисе и застое в национальном
движении. «Ничего подобного, — отвечают официальные лидеры, — это говорит
зависть политических неудачников». Но тут же признают: резолюция митинга этого
года мало будет отличаться от прошлогодней. А она, в свою очередь, от
позапрошлогодней.
Парад достижений
Нет, что бы ни говорила оппозиция национального движения,
лидерам меджлиса на самом деле есть что ответить соотечественникам. За два
десятка лет с начала возвращения крымских татар на полуостров меджлис стал
влиятельной политической силой. Уже в парламенте времен президентства Юрия
Мешкова 14 депутатов крымских татар, по сути, имели «золотую акцию».
Национальная квота просуществовала всего одну каденцию, но и без нее меджлис
проводит своих кандидатов в ВР автономии, и сегодня фракция «РУХ-Курултай»
представлена шире, чем «бютовцы» и витренковцы, и всего на один мандат уступает
политическим антиподам — коммунистам. При этом независимо от того, какие партии
или блоки формируют большинство, у креатуры меджлиса свои железные места в
президиуме Верховной Рады. Еще более впечатляющая картина в местных советах
городского и районного уровня. Там количество депутатов крымских татар
исчисляется десятками. За малым исключением все они выдвиженцы меджлиса.
Политика национальных лидеров приносит свои плоды и в
исполнительной власти. С конца 90-х ни одно правительство автономии не обходится
без министров крымских татар. Кресло первого вице-премьера, два-три министерских
портфеля и гарантированные замы практически в каждой структуре исполнительной
власти — вот результат 17-ти лет упорного труда. Добавьте к этому обязательный
пост главы администрации (сегодня это Бахчисарайский район) и тех же замов в
каждом регионе автономии.
В конце 90-х уже и сам меджлис легализовался из никем не
признанного органа национального самоуправления, в полном составе став Советом
представителей крымскотатарского народа при президенте Украины. Такого статуса и
по сей день не имеет ни один из народов, живущих в стране. Можно еще припомнить
год от года растущий ручеек бюджетного финансирования капитального строительства
по статье «обустройство репатриантов», разнообразные гуманитарные программы, но
и этого уже достаточно, чтобы перевесить доводы противников нынешнего меджлиса.
Однако все это было и год, и два, и три, и пять лет назад, говорит оппозиция.
Это что, потолок? Разве к этому мы стремились?
Застой или пауза
Оценивая сегодняшнюю ситуацию в национальном движении крымских
татар, представители его различных течений, не подконтрольных меджлису,
расходятся в нюансах, но едины в главном. Перманентный кризис доверия к лидерам,
переходящий на весь национальный парламент, — вот диагноз, который оппозиция
меджлиса ставит его руководителям. И самая большая его беда — застой.
Национальная элита прикормлена властью, народ разочаровался в своих поводырях,
доверие к институту меджлиса в среде соотечественников не превышает 30%.
Вынужденная мера — двухступенчатая система выборов делегатов курултая —стала
инструментом узурпации рычагов воздействия лидерами меджлиса. Его руководители,
добившись определенного влияния в политике, получив доступ к распределению
финансовых потоков, успокоились и ничего не хотят менять. От провозглашенных у
истоков национального движения целей сегодня так же далеко, как и в начале пути.
«Прошедший год еще раз подтвердил тот глубокий кризис, который
имеет место в высших структурах органов национального самоуправления, — сказал
«1К» председатель совета общественной организации «Милли Фирка» Васви
Абдураимов. — Поскольку никакой новой программы, никаких новых идей, никаких
новых инициатив лидеры «Милли меджлиса», даже в проведении того же траурного
митинга, не выдвинули». Выход из кризиса «Милли Фирка» видит в создании
национальной партии крымских татар с общеукраинским статусом. Сотрудничество с
близкими по духу партиями Абдураимов не исключает, но только на равных. «Одно
дело, когда ты ищешь сотрудничество, имея собственное лицо, т.е. собственную
партию, и другое дело, когда ты вынужден садиться на платформу той или иной силы
и действовать в рамках ее установок», — говорит лидер «Милли Фирка». Сегодня
программа ни одной из украинских партий не предусматривает решение проблем
крымских татар, как это декларирует меджлис или его оппозиция.
Еще один оппозиционер — Надир Бекиров, которого наблюдатели
причисляли к праворадикальной оппозиции меджлиса. Сам он себя таковым не
считает. По его мнению, сегодня в национальном движении крымских татар налицо и
кризисные явления, и застой. «Элита все больше скатывается на позиции власти, —
говорит Бекиров. — Сначала в адрес власти звучала критика, потом ее стало
меньше, потом и критика стала опосредованной». Кризис в национальной среде,
считает Бекиров, связан не столько с институтом самого меджлиса, сколько это
производная проблемы личности лидеров. Во многом именно их усилиями в глазах
соотечественников дискредитирован сам национальный парламент. По словам
Бекирова, между главой меджлиса Мустафой Джемилевым и его первым замом Рефатом
Чубаровым идет борьба за руководящий пост во вновь создаваемой структуре
всемирного курултая крымских татар, поскольку оставаться у руля меджлиса в
сегодняшней ситуации становится не очень удобно.
А как же попытки оппозиции меджлиса сплотить соотечественников
вокруг кампании за принятие закона о реституции и апелляция к международной
общественности? Она не состоялась, признает Бекиров, во многом из-за тех же
личностных проблем. «Те, кто начинал эту кампанию, позже сами пошли на поклон в
меджлис за должностями, — говорит Бекиров. — Но мы все же передадим адресатам те
тысячи подписей, которые успели собрать». Выход из кризиса Бекиров видит в
протестных акциях, как та, что состоялась под стенами Секретариата президента, и
которые проводятся вопреки воле меджлиса.
О том, что кризис в национальном движении крымских татар имеет
место, говорят и политологи. По мнению Александра Форманчука, это обусловлено
общенациональным кризисом политической элиты в Украине и тем, что крымские
татары уже в значительной мере интегрированы в украинское сообщество. «Я бы
назвал эту ситуацию кризисом выбора средств и методов достижения цели, — говорит
Форманчук. — Вполне очевидно, что в рамках Крыма национальное движение достигло
возможного, дальнейшее давление на местную власть непродуктивно, все остальное —
принятие закона о восстановлении прав депортированных и т.д. — осуществимо
только на общеукраинском уровне, где сейчас тоже наблюдается кризис элит. Это
пауза для всех».
Караван идет
Разумеется, с критической оценкой ситуации не согласны лидеры
меджлиса. «Я не склонен считать положение кризисным, — поделился своим мнением с
«1К» Рефат Чубаров. — Поиск новых форм идет и в меджлисе. О кризисе говорят те,
кто сам ничего не смог добиться, поэтому они ударились в оголтелую критику,
порой отрицая и то, что делали раньше сами». Критиковать всегда легче, чем
действовать, а оппозиция в национальном движении была всегда, и всегда к ней
относились, как в известной поговорке о караване, который идет, несмотря на
сотрясания воздуха.
Как бы то ни было, к нынешней трагической годовщине
депортации, которую меджлис традиционно использует
и для демонстрации оппонентам своего влияния, и для выдвижения
политических требований к власти, национальные лидеры не придумали никаких новых
идей. Все пройдет, как обычно: шествие колонн по Симферополю, многотысячный
митинг в центре столицы. Прежним остается и отношение нетатарского населения к
акциям 18 мая: оно также видит в них одну только политику, хотя главная цель
митинга — почтить память жертв сталинской депортации.