Категории
 
архив
 
186 < 187 > 188



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Александр Волченко, пытаясь избежать интерната для престарелых, похитил… сам себя

/НАТАЛЬЯ ЯКИМОВА/

[1K] Жизнь :: Александр Волченко, пытаясь избежать интерната для престарелых, похитил… сам себяПосле знакомства с Александром Волченко хочется забыть фразу «жизнь не сложилась». Разве она — кусочки паззла, из которых заведомо получается одна-единственная картинка? Когда-то за Сашу уже все решили другие люди: после школы-интерната дорога в казенный дом для престарелых. Знаете, далеко не всех это пугает — есть крыша над головой, постель, еда, а к существованию по распорядку можно привыкнуть. Но Саша решил, что сам построит свою судьбу.

«Меня рано списывать!»

«Хочешь учиться? — спросила мать у семилетнего Саши и, дождавшись ответа сына, добавила, — тогда поедешь в интернат». Сашиной семье ребенка, родившегося с диагнозом «детский церебральный паралич», проще было отправить из Симферополя за сотни километров в Херсонскую область — на полное государственное обеспечение. Возиться с ним целыми днями ни у кого не было желания. Раз шесть за десять лет мама и братья приезжали навестить, из дома иногда приходили посылки, но Саша приучился уже думать, что настоящая его семья здесь — в Цурюпинской школе-интернате. Братья — ребята, чьи койки стоят рядом, родня — воспитатели и учителя.
В семнадцать Саша понял, что мама не заберет его домой, да к этому времени семью уже при всем желании нельзя было назвать благополучной. «Ничего страшного, раз родители не могут забрать, мы тебя отвезем в дом-интернат для престарелых», — услышал он от директора. «Одних это не пугает, у других, как и у меня, складывается впечатление, что их списывают, выбрасывают на обочину, — говорит Александр Волченко. — Это обидно, это задевает — как же так, я же еще на что-то гожусь, дайте мне шанс доказать это! Я хочу попробовать жить сам, не могу уговорить себя, что бесполезен и никому не нужен. Вот чтобы избежать этого, многие ребята учились изо всех сил, осваивали профессии, получали место в общежитии. Есть много профессий, где не нужны здоровые ноги, зато требуются умелые руки и светлая голова».
Саша Волченко, поняв, что его собираются списать со счетов, решил, что не позволит никому распоряжаться своей жизнью. У него было всего полгода до выпуска. Он стал пропадать в мастерских и на хоздворе: ремонтировал людям обувь, помогал приводить в порядок бытовую технику, машины. Кто-то расплачивался наличными, кто-то крупами и консервами — Саша не отказывался ни от чего. Он уже знал, для чего понадобятся деньги.
Однажды выехал на коляске в город и отыскал мужчину, внешне похожего на него. «Я его попросил: помогите мне уйти оттуда! Объяснил, насколько это важно для меня, пообещал заплатить. Когда он согласился, часть денег я дал в виде аванса и очень боялся, что тот человек обманет, не придет в интернат. Но он пришел. Как и договорились, представился моим дядей, сказал, что семья забирает меня. К счастью, документы у него не проверили — на меня похож, рассказывает все правдоподобно… В общем, документы оформили очень быстро, и мой «дядя» выкатил меня за ворота».

Добрые люди на каждом шагу

Распрощавшись с благодетелем, парень отправился к железнодорожной станции, он справедливо полагал, что убраться из города нужно побыстрее: вдруг раскроется обман, вдруг его будут искать. Свобода стоила Саше недешево, из заработанных за полгода денег осталось только на билет до Москвы. Там жил друг. Точнее, он сейчас друг, а тогда был просто случайный знакомый, который однажды увидел на улице Сашу и помог донести тяжелые сумки с продуктами. На прощание хороший человек оставил парню свой московский адрес, справедливо полагая, что вряд ли еще когда-нибудь его увидит. В поезде попутчики, услышав Сашину историю, только ахали и крутили пальцем у виска: дескать, ты парень не в себе — променять спокойное житье на неизвестность. «А смысл какой в такой жизни? — отвечал он. — В семь подъем, в девять отбой… А я не хочу так, не хочу сидеть там, где меня посадят». Его не понимали.
«Но мне часто попадались в жизни добрые люди, — вспоминает Саша. — И этот мой московский знакомый оказался таким, я у него прожил неделю, и все это время колесил по Москве, смотрел город. Представляете, лифт в доме не работал, так я каждый день спускался с десятого этажа и назад поднимался. Все соседи ахали: куда, мол, тебя несет, неужели на балконе нельзя посидеть? А я им отвечал: «Я не попугай, чтобы в клетке сидеть!»
Московский друг не мог сопровождать Сашу во всех его прогулках, но предупредил: одному на рынок ни-ни, в метро ни в коем случае, цыган обходить десятой дорогой, милиционеров желательно тоже. Не секрет, что до сих пор самым выгодным бизнесом в российской столице остается нищенство, целая мафия жиреет на мнимых и настоящих инвалидах, выпрашивающих копеечку у прохожих. Одинокого парня в коляске могли попросту похитить, чтобы заставить работать на себя. Были случаи, когда сами защитники правопорядка тесно сотрудничали с такими «бизнесменами» и сами могли им сдать иногороднего инвалида. Но симферопольцу везло.
«Как-то ехал по улице и заметил, что за мной идут трое таких внушительных мужиков, причем очень долго идут, — рассказывает Саша. — Я решил, что лучше не доводить дело до лобового контакта с ними. Подрулил к наряду милиции, рассказал, чего опасаюсь, показал документы. Они меня доставили в отделение, позже проводили домой».

На все руки мастер

В Крым Саша Волченко вернулся, когда убедился, что его не объявили в розыск. К дому, где родился и жил восемь лет, он подъехал поздно ночью. Долго боялся заходить в калитку — вдруг здесь живут другие люди, вон и собака на привязи незнакомая. Но переступил порог и понял, что к той, прежней семье он уже не вернется никогда. В воспоминаниях остались, конечно, и не совсем приятные моменты — ссоры, скандалы, но и хорошее что-то было. А теперь оказался в голых стенах, в доме, где пропито все мало-мальски ценное. Здесь ему ничем помочь не могли. Он договорился с мамой, что ему выделят комнатку, а он сам позаботится о том, как выжить. Это было самое трудное время, два года Саша не мог оформить пенсию — возникли трудности с пропиской. Очень долго искал работу, случалось, что голодал. Одна из соседок, торговавшая продуктами, давала в долг консервы, овощи. Он стеснялся брать помногу, а вернувшись домой, делил это на всех, потому что деньги в дом приносил еще только один брат.
И все-таки Саше удалось доказать, что только он сам способен собирать паззлы встреч, труда, счастливых случаев, из которых складывается его жизнь. Он пережил самое трудное. Сейчас его навыкам, полученным в интернате, нашлось применение — он ремонтирует разную технику, оброс постоянными заказами. Находит даже время, чтобы заниматься конструированием. Саша хочет собрать электромобиль собственной конструкции и раз навсегда решить для себя транспортный вопрос. Необходимые детали уже добыл, и люди, знающие его, не сомневаются, что однажды Волченко выедет в нем на трассу.
Больших денег Саша не заработал, но не считает это достойной целью: зато у него уже есть самое драгоценное, чем может обладать человек, — свобода. Есть друзья, любимое дело. Девушки пока нет. Он сотни раз слышал в свой адрес упреки: тебе уже 27 лет, ищи женщину по себе, через какой-нибудь клуб инвалидов. А Саша самого этого слова слышать не может. Говорит: «Я себя инвалидом не считаю, кого полюблю — это мое дело».
Государство свои обязанности перед молодыми людьми, прикованными к коляскам и костылям и не имеющими жилья, родных и близких, ограничило ежемесячным пособием да путевкой в следующий интернат. Но за воротами казенного дома есть жизнь — нелегкая, часто неустроенная, с неясным будущим. И именно она кажется многим единственно достойной.

комментариев:0   распечатать статью 

Еще в рубрике Жизнь:

 

Раздавленное детство: в Керчи начался суд над пятью извращенцами

[1K] Жизнь :: Раздавленное детство: в Керчи начался суд над пятью извращенцами Жертвами керченских педофилов были дети из обычных семей

«Папа, мама, я ушла!» Родители согласно кивали, когда хлопала дверь. Может быть, даже радовались, что дочка-третьеклассница в свободное время не болтается на улице, а ходит в...

Золотой миллиард слуг народа

[1K] Политика :: Золотой миллиард слуг народа Ежегодное содержание депутатов Верховной Рады нового, шестого созыва впервые приблизится к миллиардной оценке. И этот показатель далеко не предел.

Экспроприация экспроприаторов

Помощь журналистам в поднятии покрывала...

«Первая кровь» рейдеров

[1K] Криминал :: «Первая кровь» рейдеров Рейдеры в Крыму перешагнули самую последнюю грань. В минувшую пятницу во время очередного нападения «недружественных захватчиков на алупкинский государственный санаторий «Горное солнце» был убит человек.
Что произошло в этот страшный день в...

У одаренных детей будет свой институт

[1K] Соцзащита :: У одаренных детей будет свой институт На днях стало известно, что к имеющимся в нашей стране научным учреждениям прибавилось еще одно — Кабмин Украины подписал постановление об организации при Академии педагогических наук института одаренного ребенка. Нет, здесь не будут «воспитывать...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • Первая помощь при пищевых отравлениях
  • Заморозка: жареные баклажаны и фаршированные кабачки
  • Белая горчица для почвы и растений
  • Счастливый билет актера Андрея Соколова
  • В Крыму дефицит доноров спермы и яйцеклетки
  • Екатерина Фурцева — главная женщина СССР
  • В Евпатории живут рекордсменки Книги Гиннесса — самые старые тройняшки
  • Электростанция в Щелкино: новый фантастический проект Крыма
  • В Евпатории объявился еще один маньяк
  • Гарри Поттер — парень вырос, а это всегда интересно
  • В Коктебеле открылся аквапарк
  • Скандал под рукой Фемиды: судьи обвиняют друг друга в коррупции
  • Удивительные рекорды Азовского моря
  • Чеснок съедает стеблевая нематода
  • Август — время аллергии
  •  
    Яндекс.Метрика