Категории
 
архив
 
173 < 174 > 175



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Крымский писатель 13 лет ждал жилья в Крыму. А получил «свою землю» только на кладбище

/НАТАЛЬЯ ЯКИМОВА/

[1K] Жизнь :: Крымский писатель 13 лет ждал жилья в Крыму. А получил «свою землю» только на кладбищеКогда уходит из жизни известный человек, у него сразу оказывается неожиданно много друзей, почитателей таланта, хороших знакомых. Те, кто годами отмахивался или не вспоминал, становятся щедры на красивые слова. И только родные знают всему этому настоящую цену.
Имя Эрвина Умерова разве что на полуострове произносят с обязательной приставкой «крымскотатарский писатель». А он был просто замечательным писателем, известным и в России, и в Украине, и в Средней Азии. И то, что сегодня называется «золотым фондом современной литературы», немыслимо без его рассказов и повестей. Эрвину Умерову было шесть лет, когда он вместе с родными был выслан из Крыма. И 68 — когда он вернулся сюда… в запаянном цинковом гробу. А между этими датами жила его мечта о возвращении домой.

Он хотел вернуться

Одни пробиваются в жизни благодаря знакомствам или умению работать локтями, других вверх подталкивает талант. Весь путь Эрвина Умерова — от мальчика из Ферганской области, пробовавшего свои силы в районных газетах, до студента московского Литературного института, а потом известного писателя — занял немало лет. Он успел выпустить более полусотни книг: и своих, и переводов, издать знаменитый сборник «Черные поезда» — сжатую до одной книги историю депортации, герои которой пытались вернуться в Крым. Это была и его мечта. Только в конце 80-х он смог приехать сюда. Удивительно — его, знаменитого, живущего в Москве, которая многим представлялась какой-то волшебной страной с невероятными возможностями, просто не понимали. Ему-то ради чего все бросать? А Эрвин Умеров хотел жить и работать на своей родине. Принял украинское гражданство. Получил прописку в общежитии, встал в очередь на получение жилья. И ждал.
Проходили годы. Вокруг Симферополя вырастали целые районы, где особняки соседствовали с землянками. Власти бодро рапортовали о темпах обустройства депортированных и о новых миллионах, выделяемых на разные программы. «Отец был идеалистом, он мечтал, что его как видного деятеля крымскотатарской культуры да и просто представителя депортированного народа обеспечат жилплощадью, — вспоминает дочь писателя Эдина Умерова. — Как это ни смешно, но на это он и положил последние десять лет своей жизни. Это вместо того, чтобы полноценно жить, чтобы писать и радовать свой народ новыми произведениями, чтобы созидать. Не хочу вспоминать эти годы, которые были полны для папы унижений и лишений. Как он обивал пороги всяческих учреждений, как, переступая через гордость, носил ходатайства и письма. Как ему кивали головами, обещая помочь, а потом скрывались, не отвечая на звонки».

«Коробка» для Умерова

«Если не дают — бери сам». «Если нужно — обойди другого». Ведь существовали же люди, добившиеся желаемых квадратных метров благодаря этим нехитрым принципам. Но они были не для Эрвина Умерова. Он был не способен требовать и настаивать — только просить, надеяться и верить. Для родных было настоящим шоком, когда они узнали, что больше всего «футболят» писателя по инстанциям… «свои» чиновники — крымские татары, те, которые не могли не знать книг Умерова.
Эдина и ее сестра Лиля о метаниях родителей по чиновничьим кабинетам знали далеко не все, родители не хотели огорчать их, рассказывая о подробностях собственных унижений. Наверное, именно поэтому ярко запомнился эпизод, который рассказал отец: пришли на прием к очередному чиновнику. При виде двух пожилых людей, которые вошли, постучавшись, этот человек не поднял головы и продолжил свое увлекательное чтение, которое, безусловно, было важнее, чем какие-то людишки, пришедшие к нему, как всегда, что-то клянчить. А «клянчили» они всего-навсего крохотную бетонную коробку пятнадцати метров. Эти квадратные метры для Эрвина Умерова означали возможность жить и работать в Симферополе, заниматься любимым делом. А для Крыма — новые книги, возможно, десятки талантливых книг, которые могли родиться здесь.
Считать ненаписанные повести и рассказы — такое же неблагодарное занятие, как и считать непрожитые годы. А время Эрвина Умерова, оказывается, подходило к концу. В 2006 г. выяснилось, что у него рак легкого, и в такой стадии, что уже не поможет никакая операция, никакое лечение. Конечно, семья прошла через все, с чем сталкиваются люди, оказавшиеся лицом к лицу со смертельной болезнью, — неверием, страхом, отчаянием, вспыхивающей время от времени надеждой.

Борьба сожрала здоровье

Причин, по которым в теле человека однажды начинает быстро и неуправляемо делиться «сошедшая с ума» клетка, врачи называют немало — от плохой экологии до неправильной наследственности. А одна из самых распространенных — жизнь в состоянии стресса. Такая, как была в последние годы у Эрвина Умерова. Один из врачей открытым текстом так и сказал: борьба за место на родине сожрала все силы, отняла здоровье.
«Врачи выписали папу из больницы вполне бодрого и на вид совершенно здорового, потому что, увы, ничем уже помочь ему не могли, — вспоминает Эдина Умерова. — Наивный и жизнерадостный, как ребенок, он, не зная своего страшного диагноза, очень радовался выписке и не знал, что доктора отправили его домой умирать, отмерив ему месяц-два. На домашнем совете было решено сообщить папе правду. Ее он принял с гордой усмешкой: мол, посмотрим, кто кого. И началось: врачи, знахари, таблетки…»
Он прожил больше, чем предполагали даже самые оптимистично настроенные медики, и до последнего надеялся, что у него будет уголок в Крыму, который он назовет своим. Ему вредно было преодолевать большие расстояния — а он не переставал ездить из Москвы в Симферополь, все по поводу той самой квартиры, в очередь на которую встал тринадцать лет назад. Эрвин даже покупал… вещи для этого существующего только в мечтах дома и любил рассказывать родным, что и куда поставит, как будет ими пользоваться. Запретил жене и дочерям «бить на жалость», рассказывая кому-то, а особенно чиновникам, о своей смертельной болезни. Кому-то смешна причина — а он всерьез опасался, что о нем подумают, как о человеке, желающем во что бы то ни стало «урвать кусок». Хотя его сразу предупредили — даже если и будет квартира, то приватизировать ее нельзя, продать или передать по наследству невозможно. Он даже попросил родных написать отказ от жилплощади в Симферополе, что они и сделали, заверив бумагу нотариально.

Послесловие

В последние недели Эрвин Умеров ясно почувствовал, что времени осталось совсем мало. И если ему не дали жить, то право умереть на родине отнять не мог никто. Он засобирался в Симферополь, чтобы снять там квартиру. Но снова увидеть полуостров уже не смог.
Он успел попросить родных, чтобы местом упокоения все-таки стал Крым. В этом чиновники не отказали: место на кладбище выделить было проще, чем жилье живому человеку и талантливому писателю.
Ни жена, ни дочери не хотели шума: достойные похороны, где в последний путь проводят друзья и родные. Но пресса уже зашумела о смерти «великого крымскотатарского писателя» — и похороны сопровождались пламенными речами высокопоставленных чиновников, интервью, где они снова и снова сожалели о случившемся и до небес превозносили Эрвина Умерова.
Семью писателя с Крымом теперь связывает только могила в Симферополе. Они не будут больше бороться за место под солнцем в Крыму — теперь это потеряло смысл. Эрвин Умеров все-таки получил свою долю этой «золотой» земли по установленной норме — полтора на два метра. Ее никто не отнимет.

комментариев:3   распечатать статью 

Еще в рубрике Жизнь:

 

Крымские татары Европе верят больше, чем Украине

[1K] Политика :: Крымские татары Европе верят больше, чем Украине День памяти, солидарности и борьбы. 63-я годовщина депортации крымских татар похожа и не похожа на все предыдущие. В этот раз, судя по всему, траурная дата — 18 мая пройдет на редкость спокойно, без ставших уже традиционными за последние годы...

Процентные ставки по кредитам отпустили... в плавание

[1K] Инфраструктура :: Процентные ставки по кредитам отпустили... в плавание На кредитном рынке очередное новшество: отечественные банки стали предлагать клиентам займы на длительный срок не под фиксированный процент, а на условиях так называемой плавающей процентной ставки. Что можно ожидать от нее заемщику?

Виталий Чепинога: «Предатели есть. С ними нужно бороться»

[1K] Политика :: Виталий Чепинога: «Предатели есть. С ними нужно бороться» Павлик Морозов. Зинаида Вырикова и Ольга Лядская. Иуда Искариот... Разное время, разные страны, разные люди. Все эти факты в отечественной и мировой истории объединяет одно — красной (нет, скорее, черной) нитью сквозь них проходит измена....

В Крым пришла мода на блатные номера

[1K] Соцзащита :: В Крым пришла мода на блатные номера Желание выделиться заходит у жителей полуострова так далеко, что из десяти автомобилей, которые колесят по Симферополю, пять — с так называемыми блатными номерными знаками. Причем у владельцев таких машин и номера мобильников нестандартные —...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • ГАИ будет работать по новым правилам
  • Ялтинские проститутки ушли в подполье. Временно…
  • Болезни надпочечников и фитотерапия
  • Борис Ельцин: продолжение старой сказки
  • Кальян вреднее сигарет
  • Чистотел против вредителей
  • Полет «Журавлей» закончился для Татьяны Самойловой слишком быстро
  • Подарки Филиппу — к подъезду
  • Обои, от которых болит голова
  • Витамины в таблетках не лечат, а убивают?
  • Земляника нуждается в удобрении только на третий год
  • Внук нашел деда-солдата. Через 62 года после Победы
  • Безрассадная капуста дает более богатый урожай
  • Тендеры мешают осваивать бюджетные деньги
  • Студенты-медики зверски избили милиционеров
  •  
    Яндекс.Метрика