129
|
129
|
|
| N 129, 16 ИЮНЯ/22 ИЮНЯ 2006 |
| Как Форрест Гамп и Амели разгадывали код да Винчи |
| /СЕРГЕЙ ПАЛЬЧИКОВСКИЙ/ |
![[1K] звездопад :: Как Форрест Гамп и Амели разгадывали код да Винчи](http://1k.com.ua/pictures/129/129131.jpg "[1K] звездопад :: Как Форрест Гамп и Амели разгадывали код да Винчи") Премьера сильно нашумевшего фильма «Код да Винчи»,
поставленного по еще более нашумевшему роману Дэна Брауна, прошла в тихом городе
Симферополе очень даже спокойно. Возле кинотеатра им. Т. Шевченко не наблюдалось
никаких волнений, никто не протестовал против показа картины, не призывал
покарать еретиков. Стало ясно, что Симферополь — не Египет, не Ивано-Франковск и
даже не Одесса. Симферополь — это Симферополь. Здесь, по-видимому, отнеслись к
«Коду да Винчи» прежде всего как к факту искусства — как и нужно к этому зрелищу
относиться.Хотя искусством в этом фильме и не пахнет. Разочарование вызвал уже сам роман Брауна, состряпанный по хорошо известному рецепту. Немного детектива, немного истории, немного религии, немного Леонардо да Винчи, совсем чуть-чуть любви — и литературное кушанье готово. А загадочные слова «орден тамплиеров», «священный Грааль», «приорат» и так далее завораживают обывателей всегда, во все времена. Именно этим объясняется популярность романа, а совсем не его литературными достоинствами, потому что таковые в книге отсутствуют. Ни лихо закрученной интриги, ни мощных образов, ни интересных размышлений вы там не найдете. Однако и таинственного псевдоисторического тумана, напущенного Дэном Брауном, и его копеечного замаха на Священное Писание достаточно было для того, чтобы обеспечить книге скандальную славу. Рон Хоуард, режиссер известный, обласканный «Оскаром» (помните «Игры разума»?), мог либо облагородить ширпотребовский роман толковой режиссурой и выразительной актерской игрой, либо усугубить его многочисленные недостатки. Получилось второе. Ведомый абсолютно закономерным желанием выявить прежде всего сюжетную линию, детективную интригу (а как же иначе в столь динамичном виде искусства, как кинематограф?), Рон Хоуард практически скороговоркой проболтал весь религиозно-исторический винегрет, придуманный Брауном. Но именно этот винегрет и является у писателя главным, интрига-то там слабенькая. В фильме же все таинственные загадки-послания и вовсе выглядят дилетантскими ребусами на уровне дедушки Синицкого из «Золотого теленка» Ильфа и Петрова. Помните, дедушка Зоеньки, зазнобы Остапа Бендера и Корейко, подрабатывал тем, что носил в многочисленные редакции газет испеченные им в мучительном размышлении ребусы и шарады. Верхом его литературного гения было: «А третий слог, досуг имея, узнает всяк фамилию еврея». Так похожий на гнома несчастный старичок Синицкий зашифровал слог «кац» из слова «теплофикация»… И хотя в «Коде да Винчи» действуют совсем не несчастные старички, а профессора и так далее, все эти стишки о розе, рыцаре и прочей лабуде способны потешить разве что ярых поклонников Глобы, бабушки Ванги, Чумака с Кашпировским и Грабового. Или учеников пятых классов средней школы — ведь все эти таинственные записочки очень напоминают доморощенные «валентинки». Не получилось у Хоуарда и с актерами. Том Хэнкс, знаменитый Форрест Гамп, действительно хороший актер, напоминает в роли главного героя, профессора Роберта Лэнгдона, элементарного тупицу, лохматого не по возрасту. Когда Хэнкс в очередной раз в этой роли делает удивленное лицо, разгадывая на бегу очередной ребус, это просто не может не раздражать. Вместе с тем хочется артиста пожалеть — ему здесь просто нечего играть, роль-то — полная пустышка. Одри Тоту, изображающая бегающую на пару с Лэнгдоном Софи Неве, — и вовсе клинический случай. Актриса на протяжении всего фильма всего лишь усиленно таращит глаза — ей кажется, зрители будут от этого в восторге. Но времена Амели минули, хочется, чтобы, кроме глазок и милого личика, проявился настоящий талант, но в «Коде да Винчи» им и не пахнет. Ленивым котом выглядит в картине и Жан Рено, играющий небольшую роль полицейского за большие, уверен, деньги. Рено, кажется, все уже порядком надоело, он стал по-голливудски сытым и упакованным, окончательно округлился и никаких сил тратить явно не желает, уверенный в том, что для положительного результата ему достаточно просто появиться в кадре. Не лучше обстоят дела и со злодеями. Иен Маккелен, изображающий сэра Тибинга, выглядит законченным Виктором Павловичем Антибиотиком из «Бандитского Петербурга». Альбинос, истязающий себя, в кино получился просто пародийным на фоне всей жующей брауновско-хоуардовскую жвачку компании. Когда он сам себя истязает, вспоминаешь уже не «Золотого теленка», а фильм «Неуловимые мстители», где нехороший дяденька Сидор Лютый жестоко избивал хорошего Даньку, отчего тот становился еще лучше, мстительнее и неуловимее. Вот только краснее не становился — краснее уже было некуда. Красной-красной крови в «Коде да Винчи» предостаточно, но смотрится эта кровь клюквенным соком. Кто убийца, становится ясно задолго до развязки. Да и сама развязка вполне может вызвать хохот зрительного зала. Внезапное нахождение бабушки Софи напоминает лучшие образцы слезливых мелодрам и вновь тянет на цитату: «Не умерла, дедушка, твоя бабушка». Не будем задавать риторический вопрос, куда потрачены более 130 миллионов долларов (таков бюджет «Кода да Винчи»). На открытии Каннского фестиваля никто этому «Коду» не аплодировал, многие, наоборот, свистели. Хочется присоединить к этому дружному и громкому свисту свой скромный и тихий свист. |