Новым спектаклем Крымского академического русского
драматического театра имени М. Горького «Король Ричард III» откроется очередной
международный театральный фестиваль «Боспорские агоны» в Керчи. Одна из самых
знаменитых трагедий Шекспира — это не только исследование зла с человеческим
лицом и энциклопедия пороков, но еще и шекспировские страсти, бушующие,
низменные и возвышенные. О новой постановке мы беседуем с художественным
руководителем театра, режиссером спектакля, народным артистом Украины, лауреатом
госпремий Анатолием Григорьевичем Новиковым.
1К Вас не удивляет, что на крымской земле уже в течение
нескольких лет живет и процветает солидный театральный фестиваль?
АН Удивляет, конечно. Слова о тяжелом положении культуры в
нынешние времена уже давно стали общим местом. Тем более замечательно, что в
Крыму, в Керчи, стараниями умных проницательных людей живет театральный форум,
собирающий различные драматические коллективы. О «Боспорских агонах» знают, сюда
хотят приехать и приезжают с удовольствием.
1К Вы обращаетесь к пьесе о Ричарде III не в первый раз. Чем
вызвано такое постоянство?
АН Первого «Ричарда» в нашем театре ставил в 1974 году
режиссер Владимиров. Спектакль был неплохой, грамотно сделанный, но вполне
традиционный. Особенно с точки зрения сегодняшнего дня. Вы же прекрасно
понимаете, что между мировоззрением 1974 и 2006 годов огромная разница. В 1991
году я начал ставить нового «Ричарда III» и, что называется, попал в точку. Мы
играли этот спектакль в августе 1991 года, когда рушилась огромная страна,
играли спектакль о разрушении личности. Публика, приходившая на спектакль, не
верила, что это написал Шекспир. Зрители считали, что это сочинено на злобу дня,
продиктовано событиями текущей жизни.
Прошло огромное количество времени, выросло новое поколение,
становится на ноги новое, незалежное государство. Появились парламенты,
министры, обеспеченные люди. Другая жизнь. Европа, одним словом. Стремимся в
Европу. Хорошо, что стремимся. Но при этом желательно сохранить порядочность.
Главный герой спектакля, Ричард, в сущности, неплохой парнишка. Он даже может
вызвать симпатии своим неумным желанием стать королем (какой же солдат не хочет
быть генералом?). Вот только методами для достижения цели он пользуется
страшными.
1К Шекспировский Ричард — урод. Ваш — мил, молод и
благообразен. Это намеренное художественное решение?
АН Зачем показывать уродца, горбатого, калеку? Это только
вызовет сожаление. Константин Райкин показал горбатого Ричарда, но что дал ему
этот горб, кроме колорита образа? Ричард в крымском театре — наш современник.
Активная личность, заявляющая: «Мне надо!» — и не разбирающаяся в средствах, с
помощью которых этого «надо» достичь. Он, как Раскольников Достоевского, —
максималист. Но максимализм этот доходит до идиотизма. Даже если тебе дано
взобраться на вершину власти, ты должен заранее думать, как уйти оттуда целым и
невредимым. Есть хорошая турецкая пословица: «Если тянешь осла на крышу, всегда
думай заранее, как его оттуда снять».
1К Можно ли назвать «Короля Ричарда III» спектаклем на все
времена?
АН Спектакль вечный. Среди множества шекспировских пьес эта,
может быть, самая актуальная. Тема власти и человека никогда не устареет. Этот
спектакль, как лакмусовая бумажка. Посмотри — и поймешь, что за сотни лет
ничего, по сути, не изменилось. Хочешь идти во власть? Иди. Но помни слова
Пушкина: «Пей, да дело разумей». Меняется все, кроме человека, его стремления к
власти, девальвации человека во власти. Редко кто удерживается на вершине долго
и благополучно, часто все заканчивается для рвавшегося во власть куда как
грустно. Наш спектакль заканчивается словами Летописца о том, что борьба за
трон, которой были отданы все силы, закончилась похоронным звоном.
Как страшен мир! Что завтра будет с ним,
Коль, видя преступленья, мы молчим…