Закончился суд над маньяком, похитившим и четыре дня
издевавшимся над 17-летней выпускницей школы. Суд начался еще зимой. В крохотном
пустом зале сидели три человека: мама, сестра и бабушка пострадавшей. Эдие
Сулеймановой (мы изменили имя девушки, о которой уже писали летом прошлого года)
разрешили не приходить на сам процесс. Слишком уж тяжелым испытанием это стало
бы для нее: пришлось бы снова встретиться с человеком, который сломал ее жизнь.
Больше всего родственники Эдие боялись, что этого 37-летнего
человека признают невменяемым и отправят лечиться. Но экспертиза показала, что
он отдавал отчет своим поступкам. Знал, что делает, когда сел у трассы, чтобы
подстеречь первую же «подходящую» девушку. Управлял своими действиями, когда
белым днем набросился на худенькую девочку, вчерашнюю школьницу, оглушив ее
ударом бутылки по голове. Он считал себя умным и хитрым, дожидаясь темноты,
чтобы увезти «добычу» к себе, в маленькое село Нижнекурганное, что в двух
десятках километров от Симферополя.
Четыре страшных дня в жилище маньяка, который добыл себе
«живую игрушку», девушка никогда забыть не сможет. Все это время она провела в
крохотной комнатке, бывшем сарае, когда похититель уходил, то привязывал ее к
кровати. Конечно, никто не докажет, что «ненормальный Сашка», как называли его
односельчане, уже думал о том, как избавиться от девушки. Может быть, просто
надеялся, что жертва сама умрет к тому времени, как надоест ему. Эдие
действительно с каждым днем становилось все хуже: загноилась рана на голове, она
ничего не ела и слабела на глазах. Спасатели, как в кино, не появились в
последний момент — девочка спасла себя сама, ухитрившись выбить стекло форточки
и вылезть через нее, когда Сашка ушел, забыв ее привязать.
Родные Эдие не пропустили ни одного заседания. За закрытыми
дверями зала стояли совсем дальние родственники, друзья, односельчане: их, как и
журналистов, внутрь не пускали — процесс был закрытый. «Я как в первый раз его
увидела, начала плакать: представила, что нашей девочке пришлось пережить, —
рассказывала бабушка Эдие. — А он держался спокойно, как будто и не его судят.
Даже улыбался иногда и говорил, что ничего плохого не хотел сделать».
Суд закончился, приговорив сельского маньяка к 10 годам
лишения свободы. Дескать, хотя девочка и пострадала (об отдаленных последствиях
травм, которые она получила, врачи до сих пор говорят туманно), но ведь осталась
жива. Тем более что «гуманный» похититель даже приносил в сарайчик какую-то еду
(которую сам и съедал) и воду. Выйдет ли он из зоны? Родные, наслышанные о том,
как «любят» в местах лишения свободы таких, как он, надеются, что нет. Ведь
иначе кто сможет гарантировать, что не пропадет без вести еще одна девушка, и
другие мать и отец станут размещать на телевидении и в газетах объявления,
полные тревоги и боли: «Помогите найти!».
Слухи о том, что в этих же местах находили и раньше останки
молоденьких девушек, пропавших без вести, так и остались слухами: причастность
«ненормального Сашки» к каким-то другим похищениям доказать не удалось.
Против матери маньяка, которая знала о том, что сын прячет в
сарае девушку, уголовное дело даже не стали возбуждать: никаких перспектив. Эдие
после освобождения рассказывала, что к сарайчику не раз подходила женщина,
пыталась разглядеть, кто внутри, и девушка умоляла ее отпустить, пыталась
разжалобить: «Тетенька, отпустите, меня мама и папа ищут!» А женщина, не
проронив ни звука, уходила. Сама же мать похитителя утверждает, что никто с ней
не разговаривал и она к сарайчику вообще не подходила.
Эдие оказалась очень сильным человеком. Никто бы не удивился,
если бы девушка впала в депрессию или вообще получила бы какое-нибудь стойкое
нервное расстройство. Но она в больнице, через несколько дней после своего
освобождения, стала… готовиться к экзаменам в вуз, не хотела упустить шанс стать
студенткой. Врачи и медсестры только удивлялись, глядя на девушку, еще не
встающую с постели, страдающую от головных болей (рана и сотрясение мозга),
которая попросила принести ей из дома нужные учебники. И она все же добилась
своего — поступила в университет.
Хочется верить, что закончившийся суд — последнее напоминание
для Эдие о маньяке, которого она так и не смогла увидеть на скамье подсудимых.