В официальных списках пропавших без вести не всегда числятся
те, кто оказался оторванным от родных десятки лет тому назад. Все-таки каждый
день в Украине пропадают люди, и их нужно искать. Но есть ли какой-нибудь срок
давности, после которого можно сказать: «поиски безнадежны»? Вряд ли — потому
что даже время бессильно иногда перед надеждой и настойчивостью.
Пропал без вести лучше, чем погиб?
Война в Афганистане коснулась сотен украинских семей, в
которые так и не вернулись сыновья. По некоторым адресам отправились извещения
со словами: «пропал без вести». Бывалые военные объясняли, что формулировка о
пропаже — это когда человек погибает, но тело доставить невозможно: унесла
горная река, осталось под селем или развалинами на враждебной территории. Так
тоже бывало. Матери пытались убедить себя, что «пропал без вести» лучше, чем
«погиб». Ведь всякое бывает: потерял память после контузии, отправили в
госпиталь под чужим именем, перепутали, в конце концов. Самой последней
высказывалась версия о плене. Но все равно оставалась надежда — ведь и там можно
выжить.
Прошло почти 17 лет с тех пор, как советские войска покинули
чужую страну. А бывших солдат, наших земляков, которые остались там, до сих пор
не забыли. «Мы о них всегда думали и уже вернули на родину несколько человек, —
рассказывает председатель Украинского союза ветеранов Афганистана, генерал-майор
Сергей Червонопиский. — Они по-разному попали в плен, им пришлось смириться с
ситуацией, принять мусульманство — иначе выжить было невозможно. Вернулся,
например, Володя Дубина из Днепропетровской области, я его сам встречал у трапа
самолета. Мать его упала на колени, плакала, поверить не могла, что дождалась.
Он вернулся к православной вере, женился, дети у него. Не очень охотно
вспоминает, как жил, — передвигался первое время под присмотром, делал самую
тяжелую работу».
А вот бывший донетчанин Геннадий Цевма не смог отказаться от
уже устоявшейся жизни. Его разыскивали очень долго, потом ждали, готовились,
семье выделили квартиру, но в последний момент афганская жена Геннадия наотрез
отказалась покидать свою страну. Бывший украинец не смог бросить ее и детей.
Больше двадцати лет он прожил в Афганистане, почти забыл родной язык. В одном из
своих писем, посланном еще из плена, он писал отцу: «Мне могут отрезать здесь
голову…» Мать и отец не дожили до следующей весточки о сыне, а родной брат так и
не уговорил Геннадия вернуться. Зато теперь твердо знает: жив.
Ни один крымчанин из пропавших без вести в Афганистане, к
сожалению, живым не найден. Но Сергей Червонопиский рассказал, что установлено
имя одного солдата, Сергея Коршенко, который родом из Крыма. Он погиб в плену.
Геройски погиб — во время знаменитого восстания советских военнопленных в
пакистанской тюрьме Бадабера под Пешаваром. Именно туда афганские моджахеды
свозили пленных. Против 24 пленников, захвативших оружие, бросили танки и
самолеты. Восставшие погибли, когда на складе взорвались боеприпасы.
В поисках мамы
Многие детдомовские малыши мечтают о том, что однажды отыщется
их мама. Старшие вслух об этом не говорят — уже знают: жизнь не сказка, не
мыльная опера. Мамы их бросили, потому что ребенок мешал. Но все равно выросшие
дети пытаются разыскать этих женщин, чаще всего — чтобы разочароваться. Но
история, которая два года назад всколыхнула весь Джанкой, совсем другая. Правда,
главная ее героиня не любит об этом вспоминать. «Мы будем смотреть вперед, а не
оглядываться назад», — сказала она как-то. Ее можно понять: почти двадцать лет
женщина прожила с чувством потери.
Давным-давно молоденькая студентка-заочница приехала на сессию
во Львов. Дома остались муж и ребенок. А она ждала второго, и срок беременности
уже был немалым. Роды начались преждевременно, девушку вместе со слабеньким
малышом увезла «скорая». Ей сказали, что ребенок родился тяжело больным и
вот-вот погибнет. Она, как в тумане, что-то подписывала — и вышла из больницы
одна, думая, что ее ребенок умер. А на самом деле мальчик выжил, но почему-то
оказался в детдоме. После выпуска он начал искать свою маму и, испробовав
доступные ему способы, обратился на один из украинских телеканалов. Журналисты и
отыскали женщину, которая когда-то уехала из Львова без новорожденного.
Между встречей и расставанием
Надеяться и ждать можно очень долго, даже… 83 года. История
брата и сестры Барановских может смело претендовать на звание самой уникальной в
Крыму. Три с лишним года назад жительница Симферополя Эсфирь Барановская
встретила своего брата, которого не видела с детства.
Когда-то еврейская семья с четырьмя детьми жила на
Житомирщине, как могла сводила концы с концами. Гражданская война унесла хозяйку
дома, которая умерла от голода, и отцу пришлось думать, как прокормить детей.
Двухлетнего сына и старшую десятилетнюю дочь он оставил дома, а двух младших
девочек отвел в детдом — там им был гарантирован кусок хлеба. Но мужчина и сам
недолго прожил, после его смерти мальчика забрала бездетная семья — и увезла в
Иерусалим.
Две сестры (третья девочка не выжила) скоро попали в Крым.
Сразу после войны они просто не надеялись отыскать брата — ведь Вторая мировая
не только разбросала людей по свету, но и забрала жизни миллионов. Для многих
родственников сестер Барановских последним пристанищем стали рвы и безымянные
могилы на окраинах городов и сел. Но потом, в короткий отрезок времени начала
70-х, когда евреям разрешили уезжать в Израиль, Эсфирь Барановская подумала: а
вдруг брат все-таки жив? Писала в Израиль, обращалась в Красный Крест, но
безуспешно. Позже оказалось, что загвоздка была в имени: Эсфирь искала Берела
Барановского, это имя на идиш означает «медведь», а в Израиле его стали называть
Дов, то же значение, но на иврите.
Отыскать брата помогли американцы, которых Эсфирь встретила в
симферопольском еврейском центре «Хесед Шимон», им понадобилось на это… меньше
двух недель. Несмотря на свои 85, три с лишним года тому назад Дов Барановский
все-таки смог приехать ненадолго в Симферополь. Может быть, в первые дни ему
было трудно общаться с сестрой: она не знала иврита, он почти забыл русский. Но
счастье и радость не нуждаются в переводе.
Надеяться никогда не поздно. Верить и ждать можно всю жизнь —
ведь кому-то судьба все равно дарит возможность увидеть дорогого человека.
Еще в рубрике жизнь:
Люди находятся спустя и двадцать, и восемьдесят лет (просмотров: 303 )