Категории
 
архив
 
103 < 104 > 105



Объявление

Поиск
 
Расширенный поиск
 
 

Пять лет женщину не выпускает из дома агарофобия

/НАТАЛЬЯ ГРАЧЕВА/

Двумя окошками ее квартира выходит на северную сторону. Солнце заглядывает сюда за несколько часов до заката. «Ты же все равно не будешь дома сидеть, с твоим-то характером!» — убеждал муж. И она согласилась переехать сюда. Любимого человека не стало два года назад. Теперь вся связь с большим миром — через соседку. Валентина Сергеевна Чумаченко говорит, что руки-ноги не отказывают, в свои шестьдесят два она серьезных болячек не заработала. Но порога своей квартиры женщина не переступает уже пять лет.
Внутри — все в салфеточках и вышитых ковриках. Время Валентина Сергеевна проводит за уборкой да вышиванием, больше заняться нечем. По вечерам заходит соседка, которую тоже тяготит одиночество. Раз в месяц звонит дочка, которая живет в России, по праздникам — старая, еще школьная подруга. Два кота лениво потягиваются на диване. В отличие от хозяйки, они могут выйти погулять в любой момент и потом вернуться назад по виноградной лозе, которая оплела балкон. «А я вот не могу… — почти виновато говорит женщина и зачем-то снимает очки с толстыми стеклами. — Разве что отойти на несколько шагов от двери — но так, чтобы она была открыта. Давно, когда еще муж был жив, он попытался меня «полечить»: выставил за дверь и захлопнул ее. Помню, что сразу стало жарко, щеки запылали, потом стала задыхаться — и темнота. В себя пришла уже на кровати».
Когда-то в этой квартире кладовка была забита рюкзаками, туристическими ковриками из «пенки», удочками и прочим рыболовным инвентарем. Валентина и Георгий Чумаченко каждые выходные — и зимой, и летом — то в горы ходили, то выбирались на рыбалку. И друзья были такие же, легкие на подъем. После пятидесяти, выдав замуж дочь, Валентина Сергеевна решила, что настоящая жизнь только начинается — теперь-то они с мужем попутешествуют не только по Крыму, но и за его пределами.
В тот день, несколько лет назад, они вместе вышли в магазин — купить хлеба, супов-концентратов: собирались на рыбалку. Был октябрь, и в половине седьмого уже темнело. Валентина Сергеевна прижималась к мужу, чтобы не споткнуться, а тот шутил: большая, а темноты боишься. Оказывается, было чего бояться.
«Я сначала увидела, как двое людей заступили нам дорогу, — вспоминает Валентина Сергеевна. — Обернулась — сзади тоже стоят. Лет им, наверное, по восемнадцать-двадцать. Дети еще. Наверное, от скуки решили покуражиться над двумя немолодыми людьми: место глухое, если и кричать, то все равно никто не выйдет. Я сразу сказала: «Ребята, денег у нас нет» — стали смеяться. Они же не из-за денег нас остановили».
Георгий Чумаченко попытался вывести жену на освещенное место — «мальчики» его повалили на землю, стали бить ногами. Потом «детки» плеснули из бутылки водкой на затихшего мужчину и повернулись к Валентине Сергеевне: «Сейчас подожжем! Можешь его спасти — если станцуешь!»
Она закричала. Парни даже не сдвинулись с места — настолько были уверены, что никто даже не подумает сюда завернуть. Валентина Сергеевна плохо помнит, как топталась на одном месте, размахивая руками. Собственного унижения не чувствовала — думала, главное — уйти отсюда живой вместе с мужем. «Плохо танцуешь, тетка!» — заорал один из мучителей, щелкнул зажигалкой и поднес ее к лежащему на земле Георгию. Водка — не бензин, одежда не вспыхнула, просто по краю пробежал язычок огня. В этот момент ребята поняли, что шутка зашла слишком далеко, — и рванули в разные стороны. А плачущая Валентина Сергеевна стаскивала с мужа пальто и трясла за плечи.
Для него тот поход в магазин стоил разбитой коленной чашечки. Из-за этого и закончились навсегда его походы и путешествия, теперь Георгий ходил только с палочкой. А Валентина Чумаченко на следующий день не смогла… выйти на улицу. Соседка принесла продукты и лекарства, утешала, говорила, что такое бывает после пережитого кошмара.
Но кошмар для женщины продолжился на следующий день, потом она отметила неделю и месяц без улицы. Ей казалось, что, если покинуть родные стены, снова случится что-то страшное и на этот раз непоправимое. Вернувшийся из больницы муж сначала уговаривал, потом стыдил, затем попытался вытащить на улицу насильно. И сам раскаялся — у жены случился сердечный приступ.
Жизнь затворницы как-то налаживалась. Сначала приходили друзья, которые никак не могли поверить, что их Валюша, душа компании, больше не думает о лесах и горах. Потом визиты прекратились. Летом Валентина Сергеевна «гуляла» на балконе — только чтобы дверь в комнату была открыта. Зимой хватало вида из окна.
«Я ведь даже мужа не смогла проводить на кладбище, — вытирает она слезы. — Он легко умер: однажды просто не проснулся утром. Дочь приехала, она занималась всеми формальностями. Гроб вынесли, я к двери подошла — и никак дальше. Все были на кладбище, а я дома сидела, обнимала его старый пиджак и плакала».
Соседка баба Надя, которая приносит ей все необходимое, уверена, что болячку женщина себе сама придумала. На самом деле состояние Валентины Сергеевны имеет научное название — агарофобия, боязнь открытого пространства. С такими состояниями медицина уже научилась справляться, но женщина к врачу не обращалась. Ведь и так можно жить — глядя на мир в два окошка, куда солнце светит всего несколько часов перед закатом.

комментариев:0   распечатать статью 

Еще в рубрике Жизнь:

 

Информационный психоз — «болезнь телевизора»

[1K] Невероятно, но факт :: Информационный психоз — 
«болезнь телевизора» В последние годы у украинских психотерапевтов прибавилось работы. После таких событий, как «оранжевая» революция, всякий раз накатывает волна пациентов, страдающих так называемым информационным неврозом. От переизбытка всяческого рода информации у...

Преступники, покушаясь на машины, не жалеют и водителей

[1K] Криминал :: Преступники, покушаясь 
на машины, не жалеют и водителей То, что работа таксиста зачастую сопряжена с риском, известно. Однако, как говорится, риск риску рознь. Одно дело, когда клиент сбежал, не оплатив проезд, и совсем иное, когда покушаются не только на кассу, но и на жизнь водителя. И в прежние...

Приднестровье: отказ от мира с Молдовой

[1K] Международная жизнь :: Приднестровье: отказ от мира с Молдовой На политической карте мира нет государства под названием Приднестровье. Тем не менее в этой «горячей точке», именуемой Приднестровской Молдавской Республикой (ПМР), есть свой президент и парламент, своя армия и милиция, есть своя валюта и...

Симферопольская коллекция микробов — национальное достояние

[1K] Жизнь :: Симферопольская коллекция микробов — 
национальное достояние Человеку современному свойственны нелюбовь к микробам и даже панический страх перед ними. Чтобы их уничтожить, покупаются разрекламированные сорта мыла, супермодные зубные щетки и пасты, чистящие средства. Но есть в Крыму место, где к коккам,...

 

Читательский ТОП прошлого номера:

  • Золотой ус — мифы и реальность
  • Лечимся каллизией: настойки, отвары, мази
  • Симонову хватило бы одного только «Жди меня»...
  • Бесплатные наркотики: спасение от наркомании или новая зависимость?
  • Примадонна Пугачева стала Жанной Арбатовой, чтоб никто не догадался
  • Карл Маннергейм — кавалергард, перескочивший через облака
  • Антошка, Антошка, пошли копать картошку!
  • Симферопольский маньяк-убийца с комплексом Наполеона
  • Бандерша-малолетка
  • Шопинг: лекарство от депрессии
  • Юрий Коломийцев: «Местное руководство пилит свою старую ветку…»
  • Еще одна причина не перекармливать ребенка
  • Украинцы выстроились в очередь за дорогими авто
  • В Русском театре «засуетились» по-украински
  • Домушник широкого географического профиля
  •  
    Яндекс.Метрика